Майор подвигает стопку бумаги и успокаивающе поднимает руку.
— Не горячитесь, граждане. Присаживайтесь. И, пожалуйста, по порядочку.
В ту пору, когда проходили эти события, на московских улицах не было ни «Жигулей», ни «Запорожцев». На Бакунинской улице был открыт магазин «Автомобили». Там всегда было полно покупателей и просто любопытных. Смотришь, на тротуаре солидно беседуют, делятся сведениями о преимуществах «Москвича-408» перед «Москвичом-403». Бывалые автолюбители строят небывалые прогнозы о сроках появления на прилавках подшипников для передних колес и других редкостных запчастей. В залах магазина больше молчат.
У одного из прилавков, там, где вывешиваются номера счастливчиков, дождавшихся своей очереди приобрести автомобиль, особенно оживленно. Но публика здесь делится в основном на две категории. Одни радостные — у этих очередь или уже подошла, или вот-вот подойдет. Другие грустные — им придется еще подождать.
Хайдар Н. и Пулат Г. по всем признакам не относились ни к какой категории покупателей. Не было у них очередного номера. Просто и тому и другому очень хотелось купить автомобиль. Именно для этого и приехали они из далекого Узбекистана. Но как ни упрашивали они «счастливчиков» уступить за «вознаграждение» свои номера — соблазнить никого не удалось.
Хайдар посмотрел на Пулата и развел руками. Пулат сокрушенно покивал головой.
— Что будем делать?
Хайдар задумчиво провел рукой вдоль бороды и решил:
— Искать будем. Свет не без добрых людей.
Друзьям было ясно: надеяться можно только на чудо. И оно явилось в лице вынырнувшего из толпы незнакомца.
— Значит, прокол, как говорят шоферы? — полуутвердительно, полувопросительно заметил стоявший рядом среднего роста человек в зеленоватом плаще. Хайдар и Пулат дружно кивнули, со вновь вспыхнувшей надеждой вглядываясь в физиономию незнакомца. Черные яркие глаза, три золотых зуба в верхней челюсти, каждая морщинка его лица светились сочувствием.
— Какую же машину вам хотелось бы?
— «Волгу», — простонали земляки. — Две «Волги».
— Две многовато будет.
Покупатели согласились — действительно многовато. Но что поделаешь, если очень хочется.
— Если очень хочется, ничего не поделаешь. Помочь, конечно, можно бы... Да, не знаю...
Наступила короткая пауза. Автолюбители замерли.
— Есть один знакомый. Но сумеет ли он? Все-таки две машины — не одна. Впрочем, ладно, чего там, познакомлю.
Хайдар и Пулат без задержки полезли в карманы.
— Нет, нет, не сейчас, — остановил их незнакомец. — Так дела не делаются. Ох, и наивные же вы люди. Вот познакомлю — тогда и отблагодарите. Но учтите, человек, к которому мы пойдем, ответственный работник, так что поменьше болтайте.
Договорились встретиться назавтра у входа в большое серое здание. Здесь, в Госплане РСФСР, по словам нового знакомого, занимал крупный пост будущий благодетель.
Каждого, кто приезжает в Москву впервые издалека, она ошеломит, закружит. Нескончаемый поток автомобилей, лишь изредка прерываемый красным сигналом светофора, толпы пешеходов, вечно куда-то спешащих мимо многоэтажных громад домов и ярких витрин, — все это непривычно, слишком шумно для человека, приехавшего из далекого, тихого аула.
Поминутно сверяя направление у прохожих и постовых милиционеров, Хайдар и Пулат добрались к зданию Госплана РСФСР за полчаса до назначенного срока. Потолкавшись у парадного, они отошли недалеко за угол дома, где людей было поменьше.
Новый знакомый появился незаметно.
— Ага, вот и вы. Очень хорошо. Надеис Михайлович будет минут через двадцать. Придется подождать. Ничего не поделаешь. Он сейчас на совещании...
И он ткнул указательным пальцем куда-то в синее небо. Прошло минут пятнадцать. Из слитной вереницы автомобилей, проносившихся мимо, отделилась черная «Волга» с блестящей никелем отделкой. Шофер лихо затормозил у самого подъезда. Открылась передняя дверца. Из машины вышел грузный человек в отлично сшитом костюме серого цвета. Сказав несколько слов шоферу, приехавший не спеша направился к дверям Госплана.
— Он, — шепнул новый знакомый, — Надеис Михайлович. — Подождите здесь, — и бросился наперерез человеку в сером костюме. Догнал. Суетливо заюлил сбоку. Показал пальцем на просителей. Ответственный Надеис Михайлович величественно кивнул головой, остановился и посмотрел в их сторону. Те робко подошли.
— Познакомьтесь, — сладко причмокивая губами, проговорил новый знакомый.
— Гончаренко Надеис Михайлович, — небрежно бросил ответственный, протягивая пухлую руку. — Слышал о ваших бедах. Не знаю, не знаю, как и помочь.
У Хайдара и Пулата даже во рту пересохло. Все складывалось так хорошо, и вдруг... Они растерянно переглянулись.
— Ну да ладно, пойдемте поговорим. Здесь неудобно.
Надеис Михайлович пошел впереди, за ним робко двинулись приезжие из Узбекистана. Так они и прошли мимо швейцара, придерживавшего тяжелую дверь.
Здесь человек на мгновение задержался. Он небрежно кинул швейцару свою серую летнюю шляпу со множеством дырочек, пригладил рыжеватые волосы, зачесанные на гладкий пробор, и процедил сквозь зубы:
— Это со мной.
