Но начиналось все вполне невинно. Он собирался жениться, вокруг меня крутился Лешка. Марат набил Трофиму морду, заставив забыть о парне. А Оксана...Была середина лета, Ксюша закончила учебу, получила диплом, и ее мама устроила девичник. Непростой. Подходящий принцессе, а не обычной девушке. У Оксаны все должно быть по высшему разряду. Платье - в Милане, повар - французский, гости - бомондные. Ее родители устроили турне по Европе.
- Съездишь, развеешься, - степенно говорила Ксюшина мама, разглаживая красивый сарафан на плечах дочери. - Платье купишь. В Италии, ты сама знаешь, лучшие платья. Погуляешь. Напоследок, так сказать.
- Я не хочу! - ныла Оксана, топая ногами. - Что я там забыла?
- Не спорь. Считай этой девичником. А в сентябре, как и планировали, сыграете свадьбу.
После относительно быстрых уговоров и уверенных заверений Марата в том, что он обязательно дождется свою ненаглядную, Ксюша вздохнула и милостиво махнула рукой, соглашаясь на путешествие. Сразу же начала суетиться, думать о платье, поваре, салфетках, списке гостей. Начала меня теребить.
- Давай я тебе платье привезу, - пыхтя как паровоз, девушка пыталась закрыть крышку чемодана. - Красивое. Специально для свадьбы.
- Вези, - кивнула я. - Но красивое. Чтобы не хуже твоего.
- Обижаешь. Конечно, красивое.
- Только не розовое.
- Зря. Тебе такие идут. Ох!
Решила над ней сжалиться.
- Давай помогу. Подвинься.
Налегла на крышку чемодана всем весом, и через пару минут мы наконец-то его совместными усилиями закрыли.
- Ну все, - Ксюша выдохнула и изящным жестом смахнула со лба длинную прядку. - Готово. Осталось Марата дождаться.
Я не стала ей сейчас сочувствовать, видела, как тяжело ей уехать, как хочется остаться. Но если я заикнусь на эту тему, то придется около получаса слушать о ее моральных переживаниях. А мне это не нужно. Мне хочется ее отправить подальше и вздохнуть спокойно.
Марат приехал. На новой машине. Ауди - красивая, удобная, и ехать в ней куда приятнее и мягче, чем в старом жигуленке. Чечен со своего коня только что пылинки не сдувал. И собой гордился.
Ксюшины вещи в багажник погрузил, саму девушку успокоил, расцеловал и отвез в аэропорт. А я с облегчением вздохнула и включила музыку на полную громкость. Пока Марата нет, можно и оторваться.
Не сказать, что Ксюша меня беспокоила. Просто носилась с этой свадьбой, талдыча о ней постоянно, и меня этим нервировала. Я могу абстрагироваться, честное слово, иначе давно бы ей въе...врезала по лицу. Невозможно месяцами слушать одно и то же. Я ждала, когда они, наконец, поженятся и уедут.
Марат пообещал мне эту квартиру. Нет, не в смысле отдать. В смысле, он разрешил мне здесь жить. Ввел сотню правил, которые я не должна нарушать, но они меня не волновали. Мой мозг ухватил главную мысль - я буду жить одна. В своем доме. Одна. Самостоятельная.
- А друзей водить можно? - лукаво прищурилась, чуток парня поддразнивая. - Парней там, девушек знакомых?..
- Убью, - лаконично ответил Марат.
Но я даже не сомневалась, что ответ будет именно таким. Только рассмеялась звонко.
- Уедете, и я перестановку сделаю.
- Ты не переусердствуй, хорошо? - мои наполеоновские планы его не радовали, в отличие от меня. - Квартиру хоть оставь.
- Оставлю, не боись. Но я ремонт хочу. Сделай мне ремонт.
- Потом сделаю, - пообещал Марат.
И действительно сделал. Потом. Именно так, как я хотела. Мы хотели.
Оксанин отъезд стал роковым, приблизившим и без того недалекий конец. Или начало. Для кого как. Она уехала, перестав мешаться под ногами, Лешка устранен, а мы...Мы остались вдвоем в одном доме. Как в самом начале, когда я только здесь оказалась. Но теперь все изменилось. Точнее, я изменилась.
Марат своего добился. Он снова стал для меня единственным. Только вот Лешка во мне активировал бомбу замедленного действия. Она тикала, мерно, тихо, убаюкивая окружающих. А роковой час приближался.
У меня давно наступили каникулы, но общаться было откровенно не с кем. Верка со мной больше не разговаривала, да и мне неинтересно пиво пить и семечки грызть. Что касается других...Я знала подруг Ксюши, но это не те люди, с которыми можно по-дружески гулять. Они мне тоже не нравились. Про парней вообще молчу. И кто оставался? Оставался Марат. Он сам этого хотел, я не причем. Поэтому именно он со мной гулял вечерами, ходил в кино, в магазины за продуктами. В то лето он часто бывал дома, я не знаю, с чем это связано, но Марат почти не работал. Лишь на пару часов утром уезжал и сразу же возвращался назад. Ко мне.
Мы начали разговаривать. Как раньше. С утра до вечера вместе. Говорили обо всем. Обо мне. Марату было интересно мое прошлое, которое теперь я не видела смысла скрывать. Что скрывать? Девять серых лет в мрачных стенах детдома, а потом - пять на улице? Брата, который подсел сначала на клей, потом на тяжелые наркотики? Он, наверное, сдох в том же подвале, в котором я его оставила.
