Последняя идея была бы очень заманчивой, если бы не ежиный дед. После того, как он любезно предложил гостье на ужин кашу с тушенкой, изюмом, сыром и вишней, Янош поняла, почему сама Ёж предпочитает питаться в "Рыбе и Раковине".
Для здоровья безопаснее.
Впрочем, потом, позже, когда они вдвоем сбежали на крышу, заедать страшную кашу яблоками, Янош готова была признать, что самостоятельная жизнь - не такая уж плохая штука. А яркие южные звезды согласно перемигивались на небе, словно знали о ней абсолютно все, и даже больше.
- Давай завтра поедем туда. Ну, в одиннадцатый, - сказала вдруг Ёж. Пальцы ее механически теребили гильзу на шнурке. Вообще это было единственное украшение - серьги, браслеты, цепочки-подвески и прочие женские штучки Ёж откровенно игнорировала.
- Давай, - сонно зевнула Янош.
Ей было хорошо. Странная каша, несмотря на дикое смешение ингредиентов, оказалась очень сытной и сместила настроение с отметки "никуда не годится" на "жить можно". А горячая ванна и перспектива поспать в настоящей постели, а не на песке, довершили превращение Янош в разнеженное, доброе, едва ли не мурлычущее существо.
- А ты знаешь, что одиннадцатый квартал не только из-за призраков не любят? - спросила Ёж, и голос у нее стал напряженный.
Янош насторожилась. Нехорошее предчувствие царапнуло позвоночник острым коготком.
- Нет. А почему еще?
- Там люди пропадают, - Ёж поерзала и сжала гильзу в кулаке. - Настоящие живые люди. Один парень, года два назад, вообще с концами пропал. Второго нашли у стены, избитого. Он четыре месяца пробыл в коме, а потом, когда проснулся, так ничего и не вспомнил, - она закрыла глаза. - Дэн его звали. Он был курьером, из "Рыбы и Раковины".
- Ох, шатт даккар... - Янош села так резко, что чуть не скатилась с крыши. - Извини. Вырвалось. А ребята чего тогда на пляже про него не рассказывали?
Ёж лежала на теплой крыше, раскинув руки в стороны. Мокрые волосы стелились вокруг головы, как водоросли по поверхности воды. Необъятная футболка немного задралась, и стало видно два шрама. Один - белый, почти незаметный, по нижней кромке ребер. Второй, грубый, багровый рубец - на боку.
Ёж пахла морем, солнечным жаром и тревогой.
- А они не знают ничего. Из старой гвардии только Флай остался, а он помалкивает. Дэн ведь и его тоже забыл.
- Жуть... - пробормотала Янош и осеклась, вспомнив странное ощущение злости и ярости, преследовавшее ее в одиннадцатом квартале. - Это ведь не призраки были?
- Нет. Люди, - коротко ответила Ёж. - Только их так и не нашли. Может, кто-нибудь из богатеньких развлекался... ну, детки магнатов. Или какая-нибудь взрослая банда. Стройка-то заброшенная, мало ли, кому приглянулась.
- Я там никого не видела, - неопределенно пожала плечами Янош. То самое недоброе предчувствие уже не просто царапало спину коготками, а прочно уселось на плечах и давило, давило всей своей необъятной тушей. - Но был запах дыма. Может, кто-то костер жег... Слушай, ты точно хочешь со мной поехать? Если там правда засели какие-нибудь уроды, я-то от них точно уйду, а ты?
Ёж открыла наконец глаза, и зрачки у нее были, как игольные проколы. Словно она не в темноту смотрела, а на яркое солнце.
- Я давно хотела туда поехать и посмотреть. Вдруг найду тех, кто Дэна избил. Просто одной как-то страшно было, - она стиснула в кулаке гильзу. - А теперь, как цилиндр этот появился, стало нестрашно. Как будто призрак добро дал.
Знакомая с колдовством не понаслышке, Янош только плечами пожала:
- На духов полагаться не надо. У них... странная мотивация, до человеческих проблем им дела нет.
- Ты так говоришь, как будто лично знакома с парочкой призраков, - фыркнула по-кошачьи Ёж.
"Так у меня дядя - некромант", - чуть не ляпнула Янош, но вовремя сдержалась и ответила вместо этого:
- Ну, знакома не знакома, а историй слышала достаточно. Ладно. Едем завтра. Но нужно подготовиться. Веревку, крепежи и все такое. Ты весишь сколько?
- Сорок четыре.
- Ага. Значит, вытяну, - запрокинула Янош голову к небу.
- Кого?
- Да тебя же.
- Да заливаешь.
- Да не заливаю...
- Да точно же заливаешь!
Они переглянулись - и расхохотались, и смеялись так долго, пока в легких воздух не закончился. У Янош, конечно, позже.
- Давай спать? - зевнула Ёж сонно.
- Давай, - согласилась Янош, сворачиваясь в клубок.
Надо ли говорить, что до "настоящей постели" ни одна из них так и не дошла?
А дед, конечно, утром ругался, но не сильно.
Да и Ёж к его ворчанию уже, видимо, привыкла, а Янош чувствовала за обидными словами привкус заботы и имбиря, а потому только улыбалась.
Все вылазки на опасную территорию совершаются, разумеется, ночью. Желательно - в одиночку, без должной экипировки и без разведки, чтобы уж точно нарваться на приключения. Только вот приключения Янош были без надобности, да и Ёж обещала дома прийти к ужину...
