– Лучше не вспоминать. Я надеялся, что его раны уже зажили, и он не будет возвращаться к этому делу, – с сомнением в голосе произнес мой собеседник.
– Нет, не зажили. И я думаю, что Хикматов не пошутил, сказав, что начнет сбор информации. Он это может. Господи, опять придется его сдерживать, иначе он всю страну перероет в поисках правды, – я перевел взгляд на куст сирени около веранды.
– Мы сдержим его. Мы справимся, Денис. Он хоть и уверен, что Якуб Харисович Хикматов – самый умный в мире человек, но без нас ему было бы тяжело. И Яша знает об этом. Мы поддержим его, но будем ограждать от очередных травм, да?
Я ничего не ответил. Воздух свободы, который пьянил сейчас больше, чем ирландский виски, не давал мне успокоиться. Мне хотелось сказать много чего, но я сделал над собой усилие и сдержался.
– Денис, – несколько робко начал Торбов. – Как бы сейчас это ужасно ни звучало, но я искренне рад, что мы оказались в том месте, где произошло убийство. Якуб докопается до правды и раскроет дело, в этом можно не сомневаться. Успешное раскрытие дела подарит ему уверенность в своих силах, потешит его самолюбие. Правильно говорят – все по судьбе.
– Я вспомнил одну фразу, – подводя итог нашей беседы, сказал я. – Как писал Михаил Булгаков: «Все, что ни происходит, всегда так, как нужно, и только к лучшему».[7]
Мы докурили и вернулись в дом. Хикматова уже не было за столом, как и приблизительно двух третей бутылки виски.
– Он че, бахнул без нас? – Марк ошеломленно смотрел на стоящую перед ним почти опустошенную бутылку. – Он помешался на этом деле, Денис. Я надеюсь, что он его раскроет как можно скорее, а то и вовсе сопьется такими темпами.
– Получается, что он и вправду без нас столько выпил. А дело он точно раскроет, дай ему пару дней – по его глазам было видно, что он уже на финишной прямой. У него свои тараканы, а мы давай с тобой допьем этот замечательный виски «Jameson», Торбов. Вруби-ка чего-нибудь. Хочу послушать чего-нибудь отвлеченного, что-то из новинок. Что там сейчас слушают?
– Без проблем! Сейчас все будет в лучшем виде! Так-так, что у нас тут? Чарт ВК. Давай я включу случайный порядок, и пусть играет, что играет, – слегка пошатываясь, сказал он, стуча своими пухлыми пальцами по экрану смартфона.
Незаметно наступил рассвет, и в половину четвертого мы в крайний раз перед сном вышли покурить на веранду. Тусклое, совсем не яркое солнце заключило в свои холодные объятия весь простор серпуховских полей. Курить при таком неповторимом виде – сплошное удовольствие. Кажется, тебе больше ничего и не надо, только смотреть и смотреть, не думая ни о чем, кроме того, насколько ты счастлив в этот чудесный миг. Правильно поется в той старой песне, что «есть только миг между прошлым и будущим…».
«Есть только миг, за него и держись…» – немо подпевая, в эту же даль, стоя рядом со мной, смотрел мой дорогой Торбов.
Весь следующий день пролетел невероятно быстро, потому что мы были заняты отгрузками продуктов. Во исполнение договорных обязательств наше фермерское хозяйство обязалось распродать нескольким покупателям весь урожай. А это несколько тонн клубники, сто с лишним тонн огурцов и помидоров – прекрасный показатель. А ведь при всем при этом, огурцы и помидоры продолжали дозревать в наших теплицах. Деньги к сентябрю ожидались приличные.
Хикматова, разумеется, этот момент не мог не радовать, и Якуб был очень сильно погружен в рабочие процессы, так что разговоры касались исключительно нашего общего бизнеса. Тем не менее, в обед, во время перекура он заявил мне следующее:
– Газовая служба. Ну, я имел ввиду газовики, что приезжали к Тряпко, устроились на работу за неделю до убийства. Это был их первый выезд в Акулово. До этого они работали по Чехову, – сказав это, Хикматов загадочно улыбнулся и погрузился в клубы дыма.
– И что, Якуб? Это как-то позволит продвинуться в нашем расследовании? Что это нам дает?
– Ничего, абсолютно ничего, – ухмыльнулся он. – Я всего лишь кое-что придумал. Это маленькая идея, так сказать. У Пуаро, если помнишь, тоже бывали «маленькие идеи».
– Тогда почему ты акцентируешь на этом внимание?
– Потому что я все выяснил. Убийца – не Шурик! Вечером будет новый арест, и он меня уже полностью удовлетворит. Я сегодня до конца подготовлю все.
– У тебя уже есть доказательства?
– Пока нет, но будут через несколько часов. Есть только версия, единственно возможная. Я сейчас пообедаю и поеду в участок, поговорить с Шуриком. Мне кажется, ночевал он у Ямпольского.
– Ничего не понимаю.
– И не надо. Займитесь делами, – затушив бычок в пепельнице, сказал Якуб. – И не забудь про маркетинговую стратегию. Сегодня. Она должна быть у меня на столе.
Мы принялись за обед на улице. Тихорецкий приготовил огромный чан с супом, которым мы накормили всю нашу фермерскую бригаду. Ложки мелодично и звучно стучали по тарелкам, люди просили добавки.
