Хотелось сесть на пол и завыть в голос. Никто понятия не имеет, как открыть портал. Никто не отправит ее домой. Она застряла в этом кошмарном мире, где люди владеют людьми, женщин силой принуждают к замужеству, а за провинности бьют плетьми — и обречена провести жизнь на коротком поводке у человека, который до конца дней будет мстить ей за обиды, нанесенные кем-то другим…
— Леннея!
Рэйд щелкнул пальцами у нее перед глазами, и Лена вздрогнула, приходя в себя.
— Смотрите, Леннея. Это камни стихий. Гранат — камень огня, страсти и азарта. Аквамарин — камень воды, искренности и доверия. Агат — камень земли, разума, воли и выбора. Сердолик — камень воздуха, перемен, общения и сотрудничества. И наконец аметист — камень стихии духа, равновесия и гармонии. Если их соединить, получится пентаграмма. — Несколькими движениями руки Дион прочертил в воздухе воображаемые линии — от камня к камню. — Четыре боковые вершины символизируют четыре стороны света, а пятая, — он дотронулся до сиреневого кристалла во "лбу" рамы, — неизведанное, что лежит за пределами нашего мира.
Да, да, за пределами! Лена затаила дыхание, с жадностью вслушиваясь в его слова.
— Зеркало олицетворяет собой бесконечность и обращение к внутренним силам, — продолжал рэйд тоном лектора в аудитории: — Арка с колоннами означает врата, границу, переход между двумя противоположными состояниями. День и ночь. Жизнь и смерть. Любовь и ненависть.
— И как все это работает? — не выдержала Лена.
— Я надеялся, вы мне скажете.
— Разве я похожа на мага?..
Лютен, очевидно, принял выпад на свой счет.
— Это зеркало использовали для совершения серьезных магических действий совсем недавно, не больше недели назад, — принялся объяснять он. — Узоры распались, но чувствуется остаточная энергия. Необычная… я с такой раньше не сталкивался.
Он вдруг кивнул хозяину.
— Так что это, Леннея? — с нажимом повторил Дион. Взгляд его стал тяжелым, давящим.
Лена ответила честно:
— Могла бы, сказала бы.
Рэйд остался недоволен, однако больше не настаивал. Поверил? Может, его расчудесный браслет служит еще и детектором лжи?
— Кто помогал вам прятаться?
— Не знаю.
— Интересный ответ.
Что теперь — дыба, раскаленные щипцы?
Бесстрастный кивок.
Пронесло…
В ушах слегка гудело, во рту был привкус железа. И чувство усталости — словно она весь день огород копала.
— Хотите сесть? — спросил Дион. — Это печать правды, Леннея. Сейчас все пройдет.
— Магия?
Лена растерялась. Она же ничего такого не почувствовала!..
Но… Кажется, и в самом деле сказала чистую правду. Как сумела.
Наверх шли в молчании. Рэйд подал Лене руку, помогая выбраться из низкого лаза. Галантный кавалер, чтоб ему споткнуться на ровном месте!
Не споткнулся.
Хорошо — чтоб над ним Раневская всю ночь шутила!
Казалось, они пробыли в подземелье совсем недолго, но за это время свет за окном из яркого, дневного стал оранжевым, предзакатным. Лена залюбовалась игрой солнца в листве, и голос рэйда заставил ее вздрогнуть:
— Что на вас нашло сегодня утром? Мне сказали, вы спешили в прачечную как на пожар.
А не сказали, что она изорвала в клочки вынутый из кармана лист бумаги? Неужели никто не видел?
— Ваша служанка без спроса забрала в стирку мое платье. Пришлось поторопиться, чтобы его спасти.
Теперь еще и изворачивайся, выдумывая правдоподобный ответ взамен правдивого.
Открыв двери, Дион пропустил Лену вперед и легко рассмеялся:
— Леннея, вы не меняетесь! Одни наряды на уме.
Знал бы этот самодовольный индюк, что на самом деле сейчас у Лены на уме, поберег бы уцелевший глаз. Но высказаться откровенно она не могла, только одарила рэйда презрительным взглядом:
— Что мне еще остается, если даже в сад нельзя выйти!
Он остался невозмутим.
— Вас, кажется, заинтересовали книги. Читайте. Библиотека в вашем распоряжении.
Значит, в сад и правда нельзя. Ладно.
— А книги из кабинета можно брать?
Они шли по синей ковровой дорожке, мимо бархатных портьер на окнах, под бронзовыми люстрами, свисавшими с расписных потолков — и после каждой реплики рэйд бросал на спутницу изучающие взгляды. На этот раз взгляд оказался особенно острым, а ответу предшествовала пауза.
— Под моим присмотром, — выдал он наконец.
Вероятно, это было проявлением великодушия, и Лена решила сказать "спасибо". Теперь в лице рэйда почудилось неверие. Он что, от "невесты" слова доброго не слышал?
— Мне любопытно, — снова заговорил Дион, — зачем вам понадобилась "История Гадарии" Клейта и "Географическое описание юго-западной Леоры" Торриса и Бейколя?
— Для самообразования, — сказала Лена с вызовом.
Насколько она успела понять, Леорой именовали территорию бывшей империи, изрядный кусок материка, который при желании можно было считать полуостровом. Понятие чисто географическое, примерно как в родном мире Скандинавия или Балканы.
Рэйд хмыкнул.
— Похвально. Кстати, Недора не моя служанка, а камеристка вашей покойной матушки — если вы вдруг запамятовали. И сама изъявила желание заботиться о юной рэйди.
Недора? Это которая мадам Робот?
— Да она меня в гроб загонит! — не сдержалась Лена. — А потом воскресит и заставит маршировать, как солдат на плацу.
