— О чем ты писал сегодня? — с любопытством спросил Маррей. Мой дневник давно вызывал в нем интерес, так как кроме личных впечатлений я вносил сюда свои наблюдения за жизнью животных, малоизученных или даже почти неизвестных. Маррей был отличным зоологом, и я, как никто другой, ценил его знания.
— Гм... ты не хочешь сказать мне? — с неудовольствием проворчал он, так как я ответил не сразу. — Ты открыл что-то новое?
Маррей заглянул из-за моей спины в дневник.
— Ты не друг, Джо. Будь ты другом, ты бы поделился со мной своим открытием. Мысли мои, однако, были далеко, а Маррей тем временем сгорал от любопытства. Обладатель редчайшей библиотеки, он всегда проявлял обостренный интерес ко всему, что хоть как-то было связано с зоологией.
— Джо, ты же знаешь, я не делец. Не бойся, я не воспользуюсь твоим открытием.
Да, я достаточно знал его, причем с разных сторон. Он здорово постарался, чтобы я не скучал в Африке. Но дельцом его никак нельзя было назвать.
— Нам нужен хороший самец.
— Зачем он тебе?
— Ну, я думаю, ты как зоолог знаешь, для чего нужны самцы.
— Речь не об этом, — начал Маррей.
— Нам нужен хороший самец-производитель, который бы...
— Я знаю, Джо. Тебе нужен такой, который как следует позаботится о своем антилопьем гареме.
— Да. Незачем терять время. Он мог бы уже здесь, в Африке приступить к своим обязанностям. Ну, а потомство появится на свет в Чехословакии.
— Неплохая мысль, — согласился Маррей. — Здесь есть лишь одно „но“. Этот будущий владелец гарема пока еще разгуливает в буше и выбирает дам по своему вкусу, а не по твоему, Джо.
У нас уже было несколько водяных козлов, среди них три самца, но все молодые. Со взрослым самцом-производителем нам пока еще не повезло.
— В плане есть еще одна загвоздка. Его нужно будет поймать, а это, как известно, не пустяк.
Маррей был прав. Я убедился в этом на собственном опыте. И если бы только на собственном...
— Как видишь, я не сделал никакого открытия, Маррей. Все, о чем мы с тобой тут говорили, я и записал в дневнике. Но этого козла мы должны поймать!
Мы отправились в буш к месту, где все было приготовлено для отлова — загон с заградительными полосами, расходящимися прямо в заросли кустарника.
Постепенно мы усовершенствовали свою систему. Стенки загона для пойманных животных из металлической сетки мы тщательно обложили своего рода подушками из травы, чтобы животные, ударяясь о них, не поранились. Заградительные полосы мы как следует замаскировали, особенно в тех местах, где они почти вплотную подходили друг к другу, и животные хорошо их видели. Уже не раз случалось, что, как только животные замечали блестящие пластиковые заграждения, они моментально поворачивали и, перепрыгнув через них, скрывались в зарослях кустарника. Сегодня нам сопутствовала удача. Между заградительными полосами, в "коридоре", было семь самцов, и всех нам удалось загнать в загон. Мы закрыли вход и... тут-то все и началось!
— Давай! — кричал Маррей за загоном. Он не принимал участия в заключительном этапе лова, когда животное было уже в загоне и оставалось лишь поймать его. Он помогал потом, при перевозке в лагерь. Как-то после лова Маррея привезли в лагерь в жутком состоянии. Я спросил, что с ним случилось, и в ответ услышал:
— Я лягнул антилопу.
Поскольку на мне лежали обязанности лагерного врача, я осмотрел Маррея, и мне сразу стало ясно, кто кого лягнул. Маррей отлежался, но с тех пор и слышать не хотел об участии в лове, как и не мог без неприязни смотреть на антилоп. Поэтому сейчас он подбадривал нас, охваченный двойным энтузиазмом.
Среди семи самцов, загнанных нами, один был как раз такой, о каком я мечтал. Последующие события подтвердили его достоинства.
Между тем в загоне возникла страшная неразбериха. Надо сказать, что самцы не терпят конкуренции. Более сильные начали затирать слабых, те в свою очередь пытались постоять за себя... Победителем вышел „мой“. Можете себе представить, что это было за зрелище. Но мы не могли долго любоваться им, иначе они просто поубивали бы друг друга. Необходимо было немедленно вмешаться.
Самец водяного козла весит до трехсот килограммов, не колеблясь вонзает он свои острые рога в каждого, кто вздумает напасть на него. И вот попробуйте поймать его!
Но нам невероятно везло.
— Просто не верится, — разочарованно вздыхал Маррей, надеясь на более волнующие события.
Надо сказать, он их дождался.
Одного за другим мы поймали шесть самцов, получив при этом всего несколько царапин.
— Ну, это еще не все, — утешал себя Маррей.
В загоне оставался последний, прекрасный племенной самец.
Я и Майк Большой развернули сеть. Все это походило на корриду. Причем роль красного плаща выполняли мы с Майком. Как только козел бросался в атаку, мы должны были отскочить, подставив сеть так, чтобы козел в ней запутался. С первыми шестью это удалось сравнительно легко. Этот же самец с поразительной силой и яростью отбивался. В какой раз мы уже подставляли сеть и...
— Осторожно, Джо!
