В очередной раз осмотрев себя в зеркале, я была полностью удовлетворена. Высокая причёска открывала лоб и затылок, по бокам за ушами спускались две завитые напудренные пряди. За шесть лет мои волосы цвета пшеницы достаточно отрасли. Вверху локоны идеально уложены и скреплены длинной платиновой цепью, усыпанной алмазами и аквамаринами, камнями рода моей матери. Мэмэ постаралась на славу. Платье из полупрозрачного тончайшего шёлка нежного телесного цвета. Его складки причудливо окутывали моё стройное тело невесомой паутиной, сверкающей в лучах заходящего солнца. При движении тело кажется абсолютно голым, но окруженным завораживающим свечением. Босыми ступнями должна я ступить в новые владения и пройти к трону навстречу своему будущему мужу.
В этот момент, самый, казалось бы, счастливый, мне неимоверно хотелось убежать, спрятаться, снова резвиться с мальчишками на Дельфиньем острове… А эта прекрасная девушка в зеркале разве я?
Но тут перед вратами случилась какая-то заминка. Я смогла перевести дух и немного успокоиться. Одна створка ворот пошевелилась и немного приоткрылась, выпустив наружу четверых лысых мужчин, одетых в длинные пурпурные рясы, как жрецы или вроде того. Они подошли к нашим людям, возглавлявшим караван, и решительно, с каменными лицами что-то сказали Кайруму, управляющему. Он замотал головой, выражая несогласие. Но эти жрецы, как я их нарекла, были непреклонны, взяли ведущего верблюда за сбрую и повели его и, соответственно, мою карету куда-то вправо от ворот. Я не могла ничего понять, Кайрум что-то продолжал орать, но никто на него не реагировал.
Что мне делать? Что происходит? Не пойму, закричать, что ли? Выскочить наружу? Или, может быть, все идёт по плану и мой «выход» будет с какой-то другой стороны? Может, меры предосторожности такие, я слышала, что Мортида повёрнута на безопасности своего сына. Я оглянулась на оставшийся уже позади караван и увидела, как карета Пикси, не такая роскошная как моя, но тоже царская, заняла в кортеже место моей. Никто не возмущался, не кричал, не бегал, даже Кайрум вскочил обратно на верблюда. Это меня успокоило, значит всё идёт как нужно. Просто для зрелищности, наверное, нужно чтобы я выехала внезапно, как из ниоткуда.
Меж тем, мою великолепнейшую карету затащили в маленький каменный дворик. Должно быть, здесь располагались дворцовые жаровни и кухни – воздух был наполнен чудными ароматами готовящегося свадебного пира. Пира, на который мне не суждено было попасть.
Я вздрогнула от того, что дверь в карету резко распахнулась. Обернувшись, я увидела на пороге одного из тех лысых жрецов. Он смотрел мне прямо в глаза, не мигая. И этот взгляд, приковал меня к месту, обездвижил. Я не могла противиться ему, ноги стали ватными, колени подкашивались. Он резко поднял руку ладонью ко мне, и тут же меня будто срезало. Я упала без чувств.
Мне показалось, что пришла в себя я тут же. Не до конца, но ощутила своё тело. Глаза долго не открывались, а может, я просто боялась их открыть. Боялась встретиться лицом к лицу с неизбежным чем-то. Чем-то жутким. Ощущение ужаса происходящего накрыло меня, как льдом сковало все мускулы. Может, я просто сплю, и всё это мне снится. Хорошо бы. Хорошо было бы проснуться дома, и чтоб не было всего этого путешествия…
Но глаза открыть пришлось. Голова гудела, будто колокол. Оглядываясь, я увидела, что сижу на большой кровати, с одной стороны завешенной тяжёлым парчовым балдахином. Я подползла к краю, и оглядела всю комнату. Она была небольшой, но очень роскошной. На полу огромный, во всю площадь ковёр, очень пушистый и, наверняка, безумно мягкий. Я спустила одну ногу и потрогала его, прямо зарылась всей ступней в ворс. Какой он нежный, как шерсть у горных коз. Я не в мерзкой темнице, это уже неплохо. Может, все-таки, меня не ждёт ничего страшного? Правда, единственное окно в комнате было под потолком. А на нем надёжная толстая решётка. Я в неволе. Но чего от меня хотят? Я царская дочь, нареченная Принца Крови! Мой могущественный отец этого так не оставит! Он вызволит меня, непременно!
Я перевела взгляд с окна и неожиданно, прямо передо мной, его перехватил взгляд чёрных мужских глаз. Я вздрогнула от неожиданности. Напротив кровати, оказывается, была дверь. Вернее, не дверь, а решётка, как на окне. За ней на стуле сидел человек и, не мигая, наблюдал за мной.
Я смотрела ему прямо в глаза, всем видом вопрошая: «Что вообще происходит?». Он не реагировал, только склонил голову набок и продолжал на меня смотреть. На тех людей, что утащили мою карету от главных ворот он совсем не был похож. Те были лысые, а этот с черной копной на голове. Одет в одни кожаные штаны, давно вытертые на коленях. На загорелом голом торсе играли мощные мускулы. Взгляд черных, чуть раскосых глаз не отталкивал, не был злым или надменным. Он просто наблюдал за мной.
Это, должно быть, мой тюремщик. Он что, всё время будет тут сидеть?
