– Нет-нет, Павсаний, я не пойду туда! – решительно запротестовала Горго, безуспешно пытаясь прикрыть одной рукой свою полуобнажённую грудь, а другой рукой одёргивая нижний край химатиона, свисавший чуть ниже колен. – Я совсем не настроена появляться на мужском застолье. Понимаю, что знатным спартанкам это дозволяется, но…
– И впрямь, нечего там делать! – поддержала царицу Дафна. – Не к лицу Горго внимать пьяной мужской болтовне! Лучше присядь, Павсаний. – Дафна указала гостю на скамью. – И порадуй нас свежими новостями.
Павсаний прошёл мимо скамьи и уселся на ложе со спинкой, удобно откинувшись на подушки. На Павсании был короткий хитон, подчёркивающий рельефную мускулатуру его статного тела. На ногах у него были короткие кожаные сапоги-крепиды с плоской подошвой.
В лице Павсания светился жадный интерес ко всему окружающему, который обычно так заметен в детских глазах. Светло-каштановые волнистые волосы Павсания свешивались до плеч. Усов он не носил по тогдашней спартанской моде, зато имел короткую бородку, которая густо обрамляла его скулы и властный подбородок. Крупная голова Павсания сидела на мощной бычьей шее. Его высокий лоб был заметно светлее загорелых щёк, поскольку постоянно был скрыт от солнца густыми волосами ровно подрезанными чуть выше бровей. В больших голубых глазах Павсания светился дерзкий ум и ещё что-то такое, отчего женщины часто смущались, встречаясь с ним взглядом.
– Я ненадолго оставлю вас, – торопливо обронила Горго, собираясь удалиться. – Мне нужно переодеться.
– Ни к чему тебе переодеваться, милая. – Дафна схватила Горго за руку, силой усадив её на стул. – Неужели ты стесняешься Павсания? Когда-то ты нагая купалась с ним в реке. Не забыла?
– Это было в детстве, – смутилась Горго. – К чему вспоминать об этом?
– Правильно, ни к чему, – с невозмутимым видом отрезала Дафна. – Детство давно миновало. Теперь мы – взрослые люди и нам нужно преодолевать отнюдь не детские трудности. Я потеряла мужа и брата по вине эфоров. Осталась с маленьким сыном на руках. Однако люди, погубившие самых близких мне мужчин, не хотят оставить меня в покое. Они уже подыскивают мне супруга, словно я племенная кобылица, обязанная приносить добротное потомство. На мои чувства и скорбь этим людям наплевать, ибо они привыкли объяснять все свои действия радением о благе Лакедемона. – Дафна многозначительно взглянула на Горго, выгнув дугой длинную бровь. – Тебя ожидает та же участь, подруга. Не надейся, что эфоры станут долго церемониться с тобой. Они ведь помнят, что ты – дочь Клеомена! Хоть ты и царица, но и тебя взнуздают и поставят в стойло, дай срок!
– Зачем ты мне всё это говоришь? – побледнев, пробормотала Горго.
Она уже не пыталась прикрывать свою грудь от взглядов Павсания, скованная мрачным выражением лица Дафны, глядя в её пронзительные пугающие глаза. Дафна сидела напротив неё, небрежно закинув ногу на ногу. Складки тёмно-серого пеплоса струились по её великолепно сложённой фигуре, подчёркивая нежную белизну обнажённых рук.
– Затем, что пришло время сделать выбор, – твёрдо промолвила Дафна, – пока за тебя это не сделали эфоры. Я думаю, Горго, тебе нужно выйти замуж за Павсания.
По спине Горго пробежала холодная дрожь, вырвавшая её из оцепенения. Изумлённые, широко раскрытые глаза её вперились в Дафну. «Как может она молвить такое?!» Во вновь повисшей паузе Горго почудилось что-то гнетущее, словно между ней и Дафной возникла какая-то недомолвка, словно какое-то зло должно было встать между ними.
Сделав над собой усилие, Горго негромко вымолвила:
– Дафна, ты хорошо подумала, предлагая мне такое?..
– И думать нечего, подруга! – отрезала Дафна, сверля Горго взглядом цинично прищуренных глаз. – Без сильного заступника тебе никак не обойтись, иначе ты станешь игрушкой в руках эфоров. С Павсанием же эфоры вынуждены считаться, как и с его отцом Клеомбротом. Павсаний сможет оградить тебя от любых нападок со стороны эфоров, пойми же это!
– Но… мы с Павсанием двоюродные брат и сестра, – продолжала возражать Горго. – К тому же я старше Павсания на один год.
– Всё это ерунда! – раздражённо воскликнула Дафна. – Ты доводилась Леониду родной племянницей, но эфоры всё-таки сделали тебя его женой. Не помеха для брака и двоюродное родство. Разве нет тому примеров хоть в Спарте, хоть в соседних эллинских городах. То, что ты старше Павсания, тоже не причина для отказа сочетаться с ним браком. Один год разницы – это пустяк, милая. – Давна насмешливо скривила губы. – Ты же не старуха, в конце концов!
– Горго, поверь, ты будешь счастлива со мной, – промолвил Павсаний. Голос у него был тихий и ровный, как шорох дождя за окном. – Я смогу уберечь тебя и твоего сына от любых напастей. Эфоры мне самому в тягость. Если ты намерена отомстить эфорам за смерть своего отца, за гибель Леонида, то я готов стать твоим карающим мечом!
Последние слова Павсаний произнёс со стальными нотками в голосе.
Горго овладел нервный смех.
– Это уже не смотрины, но скорее заговор… – вырвалось у неё.
Тревожный взгляд Павсания метнулся к Дафне.
