Я щелкнула выключатель. Конечно, туалетом данную комнату можно было назвать с натяжкой. По-хорошему это была хозяйственная комната. Кроме унитаза и рукомойника, тут стояли стиральная машина, сушилка для белья, хранились хозяйственные принадлежности для уборки и прочий хлам, которому никогда и ни в одном доме нет места.
В туалете я заметалась, не зная, с чего начать. Времени у меня в обрез, а полазить здесь без видимых причин мне не дадут. Туалет у нас свой имеется, разве что затеять постирушку? Но уборкой и стиркой вещей занималась наша гречанка.
Поочередно выдвинула все ящики и открыла дверцы тумбы под умывальником. Ничего. Заглянула за унитаз, и уже чуть было не полезла в сливной бочок… Но мне повезло. Мой глаз зацепился за некую асимметрию плитки, и мозг сразу же вынес вердикт: одна из плиток как будто слегка смещена в сторону. Словно ее вынимали, а потом не так поставили.
Я попыталась сдвинуть ее в сторону, и та, о чудо, легко подалась. Оказалось, она была прикручена на шарнир и ходила туда-сюда.
Под плиткой была пустота. Я просунула туда руку и нащупала какой-то продолговатый пластмассовый предмет. Как будто бы пульт.
Не веря в свою удачу, извлекла пластиковую коробочку, которая держалась на проводке, и быстро осмотрела кнопки. К счастью, ничего сложного там не было. Красный и зеленый – как у сапера. Возник соблазн нажать на красную кнопку, чтобы мелкого и Шрека как следует шандарахнуло на обратном пути, но был риск выдать свою тайну. Еще догадаются, кто в доме шалит.
Итак, загадка сигнализации была раскрыта. Теперь я точно знала, что нужно нажать, чтобы обесточить ворота и бесшумно выскользнуть.
Когда пожар был потушен, мы засучили рукава и принялись планировать побег. Правда, Шрек был очень зол и орал мелкому, что, если тот не перестанет со мной сюсюкаться, он перейдет к решительным действиям. Что это за действия, я даже думать не хотела.
Славик, прошвырнувшись с Розочкой по двору, откуда-то притаранил нож. Правда, не острый, а тот, которым обычно намазывают масло. Но и на том спасибо. А еще теперь у него был небольшой бинокль.
– Елена дала поиграться, – довольно заявил он, демонстрируя свою добычу.
– Спрячь. Наверняка это из арсенала Шрека. Он лазит по горам и что-то там ищет. А бинокль нам пригодится.
Чуть позже я сказалась больной, пожаловалась на мигрень. Но потребовала у мелкого двойную порцию бутербродов к ленчу, вызвав его недоуменный взгляд. Нам следовало сделать запасы еды, на случай, если придется долго плутать в горах.
На ужин я так и не вышла, свесилась с лестницы и с умирающим видом простонала: «Таблетку». Операция «Побег» начиналась…
Утром, едва проснувшись, я накинула халат и поспешила в номер приятеля. Отель еще спал. По крайней мере, из других комнат не доносилось ни звука.
Славик выглянул в дверную щель и, рассмотрев меня, с облегчением выдохнул.
– Это ты…
– А ты кого надеялся увидеть? Бабушку Сирануш в рейтузиках?
– Хуже. В отеле творится какая-то мистика.
– Какая-то! – возмутилась я. – Сам же придумал эту концепцию «с привидением». Видели глазки, что сочиняли: теперь ешьте, хоть повылазьте.
Славик горестно покивал:
– Ой, я уже и не рад. Мне теперь ночами всякие шорохи мерещатся. И они еще говорили: заведи кота, с ним одному не так страшно жить! На него, мол, можно списывать все шумы посторонние. Так вот, когда вчера за стеной что-то грохнуло, мы с Ну и Ну оба чуть с испугу не обделались. Только потом я понял, что это шум был из Мишиного номера.
– Кто мог шуметь в Мишиной комнате? – удивилась я.
– Точно! А я спросонья и не подумал. Может, это Мишин дух?
– Ты вообще ку-ку? Миша вообще-то еще живой.
– Ну, эта информация требует уточнения…
И словно накаркал. У меня зазвонил телефон. Папа № 1 отрывисто бросил:
– Все. Он умер. Я даже тело не успел увидеть…
– Как… Нет, папа, ты что-то путаешь! Сейчас все больницы переполнены. Это какой-то однофамилец. Скажи, что это так…
– Я сам ничего не понял, – принялся оправдываться первый отец. – Приехал утром – меня даже в здание не пустили. У них с сегодняшнего дня строгий карантин. Сказали, что все случилось ночью. И что из-за изоляции в период пандемии значительно участились случаи тревожных расстройств и попыток суицида, особенно среди молодежи. А еще врач заявил, что, согласно его статистике, выживает лишь половина людей, упавших с третьего этажа.
– Но… А… куда его увезли? Как же…
– За ним как раз приехал отец. Он – большая шишка в управлении МВД по Петрозаводску. Ты знала?
– Нет, мы как-то про это не разговаривали…
– Я даже боюсь называть его фамилию по телефону.
– Вообще-то я знаю фамилию Миши…
– Тем лучше. Врачи отдали все документы ему. Честно говоря, я вообще в первый раз с таким сталкиваюсь. Там в больнице такая паника из-за ковида, никто ничего не хочет сообщать. Внутрь не пускают. Попытаюсь связаться с этим отцом Миши через свои каналы, надо же вернуть вещи…
Первую половину дня я провела словно в прострации. Славик сам вызвался оповестить постояльцев, милосердно освободив меня от этой неприятной миссии.
