С левой стороны всего в семидесяти шагах двигалась фаланга врага, крайние воины увидели стрелков и показывали их командирам, однако фессалийка не пожелала разбивать ряды, лишь крикнув ближним пельтастам отбросить противника. Тем временем, Габриэль уже сделала первый выстрел, по дуге опустив стрелу аккуратно на телегу со скорпионом, все её люди были лучниками и повторили траекторию её выстрела довольно точно. Рабы, обслуживавшие машины, попрятались под телеги, даже не думая отвечать, ранен был лишь один, но их угнетал сам обстрел. Не видя более препятствий, Персей первым бросился вперёд, крича что-то бессвязное, его щит с драконом вспыхивал в движении, и гребень на шлеме развевался, служа знаком для устремившихся за ним. Уже недалеко от холма наперерез им выскочила группа легковооружённых, но это не остановило юношу, он лишь отправил на них часть своего отряда, сам легко достигнув машин.
Габриэль сказала своим не стрелять по холму, но искать другие цели, сама же наблюдала, как гибнут под мечами слуги тирана, являя недостойную мужей трусость. Персей лично рассёк канаты скорпионов, перерубил тетивы и торжественно поднялся во весь рост на телеге, вращением меча показывая всем, что дело сделано. Девушка сочла за лучшее присоединиться со своими людьми к нему и побежала вперёд, дабы занять холм, на их движение мало кто обратил внимание, ибо в это время Каллисто перевела своих воинов на бег, желая отбросить пельтастов врага.
Зена настигла Динодота, видя, что его присутствие придаёт легковооружённым противникам уверенность, у неё уже не осталось копий, и она двинулась на мантинейца с мечом, но тот не принял боя, повернув коня вспять. Ксанф носил в тот день свою хозяйку лучше, чем когда-либо, он легко настиг коня Динодота, и воительница ударом по шее почти отсекла противнику голову, это видели многие его сторонники, и гул ужаса пронёсся по отряду. Не смотря на численное превосходство, легковооружённые Каллисто были на грани поражения, однако сама фессалийка уже вела фалангу на помощь, а тяжеловооружённые Зены находились ещё шагах в ста, поэтому воительница велела своим отходить, пытаясь прикрыть пеших конными. Тут Ксанфа и настигла стрела, глубоко войдя в бедро задней ноги, конь ощутимо захромал, ибо мышца была повреждена, но Зена была уверена, что он вынесет её из опасности. Остальные воины уже отходили на правый фланг фаланги, как им было указано, она же немного задержалась, чтобы видом своим не дать пельтастам врага преследовать своих.
Каллисто выскочила из строя, видя её, между ними было около сорока шагов, и, размахнувшись так, что волосы её рванулись огнём, фессалийка метнула в соперницу лёгкое копьё. Зена могла уклониться сама, но не способна была уберечь Ксанфа, как ни пыталась заставить его двинуться в бок, до крови натягивая поводья, и остриё вошло ему в грудь. Поначалу конь едва не рухнул, с трудом находя опору ногами, воительница уже не требовала от него ничего, готовясь спрыгнуть, но он нашёл силы, чтобы устоять и повернуться от врага, тогда Зена погнала его как можно скорее к своим, пока кровотечение не ослабило его окончательно.
Всё это видела и Габриэль, развернувшая с холма яростную стрельбу по задним рядам фаланги, наблюдала она и за схваткой конных отрядов, что оказались уже в тылу войска Каллисто. Они забрались во взаимной погоне в стоячую воду заболоченного участка, и поднимали облака брызг, видно было плохо, но она различала фигуру Александра, что сошёлся в схватке с Горгием, коего легко было узнать по сверкавшему панцирю. В яростном порыве юноша свалил тирана с коня, сам соскользнув со своего, на какое-то время они исчезли, и сердце девушки замерло в тревоге, но скоро Александр вскочил, распугав тем, что совершил, большинство всадников врага.
- Скачите же к нам, бейте фалангу в спину, - шептала сама себе Габриэль, видя, что юноша полностью увлёкся схваткой и сдирает с убитого тирана доспехи как трофей, его конники же разрозненно преследуют противника. Их позиция на холме весьма тревожила фессалийку, поэтому она специально вызвала одного из своих ближних помощников и велела ему, собрав как можно больше пельтастов, выбить врага. Пока фаланги готовились сойтись, за холм завязалась схватка, на него наступало около восьмидесяти человек, стрелков и воинов со щитами, люди Габриэль же отстреливались, укрываясь за телегами.
Девушка не могла подавить в себе опустошающий страх, порождённый даже не видом надвигавшейся массы, но тем, что она должна была выбирать среди них тех, кто отправлялся за черту Стикса, словно перстом указуя божеству. Укрыться от её стрел было негде, отсутствие доспехов же делало стрелы ещё более губительными, словно за спиной её лучница Артемида решала участь обречённых. Критский пращник в багряном хитоне замер на коленях со стрелой в груди, щит пельтаста оказался пригвождён к его бедру, обнажённый метатель дротиков, тщетно прятавшийся за щитоносца, получил стрелу в глаз, падали, как срезанные снопы, орхоменцы и лаконские периэки - страшные результаты её быстрой стрельбы видели все.
