На ногах у нее были громадные резиновые сланцы – гаишники из запасов выдали, – поэтому двигалась она, не отрывая ног от пола. Сергей, увидев это, выругался про себя и рванул к машине. Резиновые сапоги все же лучше.
Обуваясь, Саша спросила:
– Чингу сможет взять след?
Сергей на секунду прижал ее к себе и, посадив в полицейскую машину, повернулся к Самсонову.
– Можно попробовать собаку взять. Моего пса.
– Бери, – коротко ответил капитан, садясь за руль.
– Я нагоню.
Шла она несколько часов, а доехали за сорок минут. Как ехать дальше, Саша не знала, и они пошли ее путем – через лес.
На полпути их догнали Сергей и Чингу. Пес сразу подбежал к Саше здороваться, понюхал ее и фыркнул.
Зачем она нарядилась в вещи чужого человека?
В кустах возле дома остановились.
– Подвал здесь? – уточнил Селезнев.
– Да. Только я вышла с другой стороны. Справа за углом.
– Возможно, внутри кто-то есть.
– Там Олег.
– Это понятно, но сначала проверим, кто из живых.
– По документам дом принадлежит Полупанову Станиславу Львовичу, но он четыре месяца назад умер, – подошел к ним Самсонов. – Наследники живут за границей, в права наследования вступят через два месяца.
– Они что, ни разу не приезжали?
– Нет. И, скорей всего, жильем воспользовались те, кто об этом осведомлен.
– Чингу может проверить, есть ли в доме люди, – держа Сашу за плечо, предложил Сергей. – Если что, все подумают – обычная дворняга бегает.
– А если он залает? Не спугнет?
– Он не лает.
Селезнев недоверчиво скривил рот.
– Давай, – кивнул Самсонов, доставая оружие.
Сергей наклонился к собаке и стал объяснять задачу так, словно говорил с человеком.
Полицейские смотрели на него, как на шамана.
Выслушав, Чингу опустил нос и легко побежал к дому.
– И сколько времени ему нужно? – поинтересовался Селезнев.
Ответить Сергей не успел. Все увидели, что Чингу бежит обратно, повиливая хвостом.
– Можно выдвигаться. Дом пуст.
– Ну, блин, дела. У твоей собаки тепловизор встроен, что ли?
Не ответив, Сергей вышел из кустов и двинулся вперед.
Остальные двинулись следом. Пошла и Саша. Никто не приказывал ей ждать снаружи, значит, она может понадобиться.
В подвал ее все же не пустили. Оставили наверху под охраной Чингу.
Сергей с Самсоновым спустились, Селезнев отправился осматривать дом.
Она сидела на стульчике у входа и тряслась. Не от холода. Ее колотила внутренняя дрожь. Как бывает у автомобиля, когда вдруг забарахлит свеча зажигания.
Чингу, стоявший у входя в подвал, подошел к ней и прижался теплым боком. Саша благодарно обняла пса.
Через некоторое время поднялся Сергей, взял ее за руку и повел в глубь дома.
«Будут выносить тело», – догадалась Саша.
Стоявший на террасе Селезнев все понял без слов. Отвел ее в кухню, усадил за стол и налил в стакан воды из чайника.
– Только не прикасайся ни к чему, чтобы отпечатки случайно не оставить, – предупредил он ее и ушел вслед за Сергеем.
Она долго сидела одна. Пить не хотелось. В голове было пусто, зато дрожь наконец прекратилась.
Через некоторое время послышался звук моторов, и к дому подъехали машины с мигалками.
– Нам с тобой тут делать нечего, – сказал вошедший Сергей. – Подожди. Я подъеду через пять минут.
В доме послышались голоса, но к ней никто не зашел. Потом вернулся Сергей и повел ее к ма шине.
Никто ничего у нее не спрашивал, никаких допросов не устраивал. Самсонов проводил их и крепко пожал Сергею руку.
Они сели в машину и поехали домой к Чеченцу.
За всю дорогу Саша не произнесла ни слова, а вой дя в дом, сразу поднялась на второй этаж в уже знакомую спальню и легла как была: в шторке и казенном одеяле.
Сергей ничего не сказал и просить переодеться не стал. Проводил ее взглядом и пошел варить кофе.
Надо было все обдумать.
После возвращения в Кострому Самсонов с Селезневым тоже по домам не поехали. Засели в кабинете и заказали еду.
Голодное брюхо к работе глухо. Это они знали как «Отче наш».
Уплетая пиццу «Четыре сыра» и запивая ее холодным квасом из бутылочек, Селезнев слушал рассказ о том, что Самсонов узнал от Чеченца.
– Они со Смолиной решили, что тайник может находиться в Ипатьевском монастыре. Кто-то из посвященных спрятал его там. Чеченец думает, что это был его предок отец Сергий Никольский.
– А почему не Гребушков? Он ведь жил на территории монастыря. И Полевский так считает.
– У Полевского тоже одни догадки на этот счет. Кроме всего прочего, там еще Самарин был задействован, помнишь? Но на самом деле неважно, кто спрятал, важно – где. Сергей изучил псалтирь и нашел там несколько подсказок.
Селезнев слушал с глубокомысленным видом и вдруг, перестав жевать, вытаращил глаза.
– Ты чего? Кость попала? – поднял брови Самсонов.
– Погоди, – медленно произнес Виктор и проглотил кусок пиццы не жуя. – На прошлой неделе у нас случай был. Ну, помнишь, парнишка, который залез в усыпальницу Годуновых под Троицким собором в Ипатии? Решил видео записать для подружки, чтобы уверовала в его крутизну. Я тогда решил, что он от страха обосрался и умом тронулся.
– Так. И чего?
