Понемногу Разбегов успокоился и начал свой невеселый рассказ.
Он был совершенно убежден, что зять залез в его компьютер и, узнав, что тесть занимается поиском пропавшей книги, решил найти ее сам.
Саша не поверила.
– Ваш зять, он кто?
– Продуктами торгует. Оптом завозит и перепродает.
– Прибыльное дело.
– Конечно. Считает себя большим бизнесменом, а остальных – мелочью пузатой. Меня вообще ни в грош не ставит.
– А как он собирался искать тайник, по-вашему?
– Не знаю, но уверен, что он рылся в моем компьютере, скачал материалы и организовал каких-нибудь бандитов на поиски.
– Но это же как пальцем в небо ткнуть!
– Вы не знаете этого прощелыгу! Он и не на такое способен!
Саша поняла, что старика не переубедить, и решила зайти с другого конца.
– Он хочет вас убить?
– Еще как хочет! Не смотрите на меня как на сумасшедшего! Знаю, что говорю! Я ему теперь мешаю, понимаете?
– Так это он хотел вас сбить машиной?
– Какой машиной? – переспросил Разбегов и вдруг вытаращил глаза: – Так я не случайно чуть под колесами не оказался?
– А вы как думаете?
– Просто задумался и пошел… на… красный. Или нет? Вы что-то знаете?
Догадавшись, что Савелию Игоревичу не стали сообщать о том, как все случилось, Саша опустила глаза. Не следует пугать старика еще больше.
– Ничего я не знаю. Подумала, что вы это имели в виду, когда про убийство говорили.
– Нет, я о другом. У меня в больнице сердечный приступ случился. А перед этим Мариша принесла фрукты. Сказала, что зять привез специально для меня. Не успел я съесть пару слив, как мне плохо стало.
– Почему вы решили, что приступ случился из-за фруктов?
– У них был странный вкус. Я подумал: из-за того, что фрукты часто обрабатывают всякой гадостью.
– Наверное, так и было. А сердце от стресса заболело.
– Вы не поверите, но у меня совершенно здоровое сердце. Я каждый год диспансеризацию прохожу, и кардиограмма всегда как у юноши.
– Когда-то все случается в первый раз, Савелий Игоревич. Мне кажется…
– Вам кажется, а мне нет! – отрезал Разбегов. – Я настоял, чтобы фрукты отправили на анализ. Там наверняка обнаружат нейролептик какой-нибудь.
В нейролептиках Саша разбиралась плохо, поэтому разубеждать старика не стала. Тем более наезд на него действительно был преднамеренным. Неудивительно, что Савелий Игоревич испугался и сбежал из больницы, пока его там не добили. Ненавистный зять, скорей всего, ни при чем, но сам факт отрицать нельзя. В любом случае надо сообщить о подозрениях Разбегова следователю.
Она уже потянулась за телефоном и тут вспомнила, что не может позвонить Сергею: не помнит номера.
Почему же он не пытается связаться с ней сам?
Было почти девять вечера, а день все не кончался. Несмотря на рыхлые, явно дождевые тучи, надвигающиеся с востока, из-за косо падающих лучей заходящего солнца все вокруг казалось симпатичным и настраивающим на оптимистичный лад.
Чтобы проникнуться умиротворением и хоть немного прийти в себя, Саша предложила Разбегову прогуляться к озеру, но тот, сославшись на усталость, отказался.
– Хотите лечь спать?
– А мы здесь надолго?
– Думаю, нет. Но сначала вы должны прийти в себя. В больнице вас, кстати, уже наверняка хватились и позвонили дочери.
– Ну и что мне теперь, объявляться? Вот он я – душите, травите, убивайте?
– Савелий Игоревич, успокойтесь. Ведь мы затем и приехали сюда, чтобы разобраться с вашими подозрениями.
– Благодарю за помощь, но без вас я вообще не оказался бы в таком ужасном положении!
– Я помню, извините. А вам не приходило в голову, что причина покушения на вашу жизнь в чем-то другом?
– Нет. Убежден: все дело в царской книге. Хотя в тайнике может быть и еще что-то. Не знаю. Икона, какой-нибудь крест золотой. Полевский считает, что это возможно.
– А вашего аспиранта вы ни в чем не подозреваете?
– В убийстве? Ну что вы! Нет! Большее, на что он способен, – украсть у меня славу! Хотя что я несу! Он же спас меня! Впрочем, одно другому не мешает.
– Какую славу? – не поняла Саша.
– Научную, конечно. Я уже пожалел, что поручил ему часть работы. Наверняка он решил заграбастать открытие себе!
– Почему вы подозреваете его в нечестности?
– Потому что… потому что, – замялся Савелий Игоревич, косясь в сторону. И вдруг выпалил: – Потому что я сам такой! Помните, как отговаривал вас от поисков?
– Я удивилась тогда.
– Каюсь, хотел вычеркнуть вас из уравнения. Я ведь не только информацию о книге собирал. С помощью Полевского удалось выяснить, кто был хранителем тайны, и даже установить предположительные места нахождения тайника.
– Вы про Ипатьевский монастырь? Я тоже пришла к выводу, что тайник находится там.
Разбегов кивнул, соглашаясь.
– Это заманчивое предположение, не скрою. Но исследователь не должен зацикливаться на одной версии, поэтому я стал продумывать все возможные варианты.
– И какие же еще? Или по-прежнему хотите меня отстранить? Вы же понимаете, что теперь это невозможно?
– Понимаю и раскаиваюсь.
– Так что еще вы надумали?
