Она отмахнулась и застрелила в грудь лотрианского пельтаста. Ей удалось вернуть старый тавросианский револьвер, и три плазменных заряда поразили не защищенного щитом солдата. На многих лотрианцах вместо керамических доспехов были противодисрапторные комбинезоны и бронежилеты. Энергощитов им не полагалось – вероятно, из соображений экономии, – и поэтому они были практически беззащитны против плазмы.
– Справлюсь! – процедила Валка сквозь зубы, стреляя в противника.
– Берегись станнеров!
– Ложись! Ложись!
Крики на стандартном и лотрианском смешались в вестибюле и гараже. Мы с Валкой и Корво миновали двери, не обращая внимания на хрустящее под ногами стекло. Я отрубил руку одному зазевавшемуся лотрианскому офицеру и поразил в сердце другого, напавшего на Валку.
Лотрианцы приехали на таких же угловатых черных бронированных фургонах, на которых преследовали меня. Машин было более дюжины, они вмещали по десять пассажиров: двое впереди и восемь на скамейках. Задние двери всех фургонов были распахнуты, но путь к ним преграждала шеренга солдат с громадными керамическими щитами.
– Я с ними разберусь, – сказал я.
Внушительные щиты ничего не могли противопоставить высшей материи. Лотрианские полицейские принялись стрелять газовыми снарядами, кое-где деревянные элементы здания занялись от попадания плазмы, и все вокруг затянуло дымом.
Корво пыхтела и ни на шаг не отставала от меня. Когда мы дошли до линии лотрианской обороны, она опустила плечо и врезалась в солдата со щитом с такой силой, что тот пролетел десять футов и ударился о фургон, едва не испустив дух. Мой клинок надвое рассек ближайший щит и укрывшегося за ним человека. Я не видел лиц лотрианцев, но догадался, что они смотрят на меня со страхом и изумлением. Они начали отступать, понимая, что тяжелые старомодные щиты не спасут от меня и Корво.
Один солдат бросил щит и открыл по мне огонь. Заряды дисраптора затрещали в воздухе. Кто-то выстрелил ему в бок. Обернувшись, я увидел в дверях гаража Паллино и группу бойцов Красного отряда.
– Нужно связаться с шаттлами! – крикнул он. – Предупредить, чтобы были наготове!
– Купол блокирует сигнал! Сначала нужно эвакуировать посольство! – ответил я. – Всех этих людей ждет смерть! Аргирис их приговорил!
– Времени нет! – возразил Паллино. – Адр, мое дело – защищать тебя!
Старый солдат подбежал ко мне и мотнул головой в сторону ближайшего фургона:
– Пора ехать.
– Я не знаю, где космодром! – Теперь пришел мой черед испытывать муки выбора. – А ты?
– Я знаю! – крикнула Валка, постучав себя по лбу. – Я все запомнила.
– Где Бандит? – спохватился я.
Словно в ответ в двадцати футах от нас просвистел метательный кинжал, сразив еще одного гвардейца конклава. Я увидел, как из подвала посольства несется настоящая волна имперских солдат. Последние лотрианцы бросили сопротивление и помчались к фургонам, но их отогнал шквал огня из плазмометов и дисрапторов.
– Нужно ехать! – потрясла меня за плечо Корво. – В машину, живо!
Никаких «сэров» или «милордов». Тут было не до церемоний. Я отключил меч и последовал за ней, ведя за руку Валку.
Корво вскочила в заднюю дверь полицейского фургона и протиснулась в кабину. Я услышал слабый вскрик и тихий кашель дисраптора. Из двери на мостовую вывалилось тело водителя.
– Я поведу, – высунулась из-за кресла голова Корво в капюшоне, когда я забирался в фургон.
– А я помогу! – ответила Валка, пролезая на пассажирское кресло рядом с капитаном.
Я протянул руку Паллино, а следом в фургон погрузился Бандит и пяток легионеров. – Попытаюсь связаться с шаттлами, как только покинем купол. В тоннеле связь может блокироваться, но попробовать все равно стоит.
– Хорошо! – воскликнул я, не торопясь садиться.
Нашим легионерам удалось с боем захватить несколько фургонов, но примерно столько же еще оставалось в руках лотрианцев. Сотрудникам посольства эвакуироваться было не на чем.
– Они все погибнут, – сказал я.
– Босс, надо ехать! – потянулся к двери Бандит, чтобы захлопнуть ее. – Времени нет!
Я поднял руку остановить его, но меня удержал Паллино:
– Парень, сто человек нам посадить некуда.
Я выругался и отвернулся. Двигатель фургона заурчал.
– Прямо и направо, – сказала сидящая впереди Валка, – потом налево на проспект.
Бандит и Паллино закрыли двери, оставив снаружи трупы и безумную бойню. Сверху свисали ремни, и мне пришлось ухватиться за один, чтобы не упасть, когда Корво газанула вверх по пандусу. Сферические колеса фургона дико взвизгнули, машина не вписалась в поворот и ударилась в стену.
– Все нормально! – заявила Корво, сворачивая на улицу.
Задний отсек был без окон, лишь в дверях узкие щели для стрельбы, через которые можно было просунуть дуло винтовки или фазового дисраптора. Я открыл одну и увидел, как с пандуса на проспект Аш за нами выезжает фургон.
– До Восемьдесят седьмой улицы и направо! – скомандовала Валка. – Доедем до окраины кольцевого района, потом свернем налево к мосту!
