– Я никогда не хотела, чтобы до этого дошло, дитя, но судьба распорядилась по-своему. Кто мы, как не марионетки на ее нитях?
Как всегда загадочно. Я решила начать с выяснения мелких деталей, чтобы потом перейти к более сложным вопросам.
– Это действительно ключ, отпирающий врата Ада.
– И да, и нет. Он может открывать и закрывать врата, но это еще не все.
– Это рога дьявола?
– Да.
– И ты все время об этом знала?
Бабушка кивнула. Я уставилась на нее, пытаясь осознать тот факт, что наша бабушка Мария, которая всю нашу жизнь заставляла нас заклинать амулеты, защищающие от принцев-демонов, добровольно надела это нам на шею.
– Первая Ведьма произнесла заклинание, которое превратило их в два небольших амулета, надеясь спрятать их от тех, кто станет их искать.
– Потому что они принадлежат дьяволу?
– Потому что, если соединить их, они не только смогут отпереть врата, но также призвать его самого и наделить призвавшего определенной властью над ним.
Я смотрела на амулет, который носила, сколько себя помнила, раздумывая, почему сестра не пришла к бабушке, когда узнала обо всем. У меня все еще осталось множество вопросов относительно сделки. Если у нас было средство контроля над дьяволом, почему она просто не попросила у меня мой амулет.
Понятно теперь, почему они потребовались принцу Жадности. Его грех был тесно связан с властью. Но если все принцы Ада так отчаянно жаждали занять трон, почему Гнев не попытался завладеть моим амулетом?
На ум пришло нечто сказанное мне принцем Зависти.
– Что значит теневая ведьма?
Бабушка издала звук отвращения.
– Теневыми ведьмами нас зовут демоны, а мы называем себя «звездные ведьмы».
Звездные ведьмы.
– Мы называем себя? С каких это пор мы называем себя звездными ведьмами?
Бабушка одарила меня саркастическим взглядом.
– С самого начала нашей родословной. Мы принадлежим к древнейшему роду ведьм, которые были связаны с силами Зла еще до проклятия. В каком-то смысле мы были стражами. Следили за тем, чтобы существа из преисподней оставались там и никогда не вмешивались в дела человеческого мира. Какое-то время мы сотрудничали с Мальваги. Это было до… – бокал бабушки пролетел через комнату и разбился о стену. Кьянти разлилось по полу, словно кровь. Я вскрикнула, но не из-за осколков. У бабушкиного горла появился парящий клинок. Мой призрачный демон вернулся и больше не казался плодом воображения. Последние пару дней он вел себя тихо, и я почти забыла о нем.
– Маленькая хитрая ведьма.
Клинок демона вонзился в кожу бабушки. Я покачала головой и сделала шаг вперед.
– Не делай этого, пожалуйста. Если это из-за того, что произошло между мной и принцем Жадности, она совершенно ни при чем. Оставь ее в покое, она к этому не причастна.
– Не причастна?
Голос произносил звук «с» так, что он напоминал змеиное шипение.
– Как бы не так.
Я хотела броситься через комнату и схватить бабушку, но ее голова вдруг дернулась назад, и невидимая рука резанула блестящим змеевидным клинком принца Гнева по ее горлу. Из раны хлынула кровь. Прежде мне никогда не доводилось слышать такого ужасающего булькающего звука. Оружие с грохотом упало на землю. Казалось, все происходит очень медленно. Окно распахнулось, и невидимый демон сбежал через него.
Затем реальность вернулась, и все пришло в движение. В одно мгновение я оказалась на другом конце комнаты.
– Нет.
Я схватила со стола тряпку и стянула ею бабушкину шею, чтобы остановить кровь. Я принялась кричать, пробуждая весь дом от сна, в который бабушка сама же его и погрузила. Есть заклинания, которые помогают остановить или замедлить кровотечения, но в панике я не могла вспомнить ни слова, словно мой мозг отключился и способен был сфокусироваться на одном-единственном действии – держать тряпку прижатой к ране.
Мама примчалась в кухню первой и сразу же увидела бабушку и увеличивающуюся вокруг нее лужу крови. По моему лицу текли слезы, затуманивающие зрение.
Я не позволю ей умереть, только не так. Через минуту появился отец. Его глаза сузились.
– Я принесу бинты.
Все мое внимание было направлено на кусок ткани, который я держала плотно прижатым к бабушкиной ране. Время шло. Кровь пропитала полоску хлопка с густой травяной пастой, которую приготовила мама. Я держала ткань крепко. Хотелось бы мне быть человеком, который может отбросить панику и действовать спокойно, но ужас был сильнее логики. Мама пыталась оторвать мои руки, но не могла сдвинуть меня с места. Нужно было удерживать ткань на ране. Бабушка нуждалась во мне.
– Все в порядке, детка. Позволь, я займусь раной.
– Я не могу.
– Можешь. Все будет хорошо.
Потребовалось еще немало уговоров, но наконец, я смогла чуть отодвинуться в сторону. Бабушка соскользнула на пол. Ее дыхание было затрудненным. Я видела такое у раненых животных, это был плохой знак.
