Царство и священство полностью

Идеальное состояние, когда человек абсолютно и полностью солидаризируется с любовью к себе Бога, возможно лишь в том случае, если его личная воля и воля Творца станут единым целым. В этом и заключался замысел творения Бога – как известно, этого не произошло. Человек может либо выбрать добрый помысел, который ему предлагает Бог: «Не обманывайтесь, братия мои возлюбленные. Всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов, у Которого нет изменения и ни тени перемены» (Иак. 1: 16,17), либо предаться бесовским соблазнам, которые по резкому оскудению своей природы принимает за собственные желания.

Смешение понятий, иллюзия в восприятии мироздания и своего места в нем возникли потому, что вследствие грехопадения человек «открыл» самого себя вне Бога, позволил восторжествовать злу, которое таится в самой его свободе выбора между любовью и грехом, противопоставил себя Творцу, усомнился в Его любви к себе. Конечно же, грех есть состояние, неестественное человеку. В состоянии грехопадения он сделался чуждым собственной природе и подчинился вольно или невольно падшим духам, которые временно господствуют на земле. Отступление от Бога не привело к появлению у человека высших способностей, но лишь к умалению его природы, которая стала носить ущербные черты. «Человек дал место злу в своей воле и ввел его в мир. И человек согласился на это господство над собой»[718].

Красочная иллюстрация нового состояния – желание скрыться от Бога сразу после грехопадения (Быт. 3: 9). По словам святителя Филарета (Дроздова), эта сцена «представляет в прародителях поразительный пример смущенного грешника, перед которым яснейшие понятия, каково есть понятие о вездеприсутствии и всеведении Божием, затмеваются, как бы в сновидении, и который не с только лишается, сколько сам себя лишает света»[719].

Изменился не только человек, изменился и мир, созданный Творцом для своего высшего создания. В качестве свободного и разумного существа человек изначально находился в непосредственном отношении к Богу и был естественным проводником между Ним и материальным миром природы, усовершенствуя который он становился соработником Бога. Ослушавшись Бога, человек уничтожил созданный Творцом порядок вещей, разрушил истину Божественной идеи бытия, сделав совершенно бессмысленным и свое собственное существование, и существование всей материальной природы[720].

Как следствие, человек стал «пить беззаконие, как воду» (Иов. 15: 16). Поэтому возврат из инобытия к собственному райскому состоянию возможен только тогда, когда он отказывается от обладания своей природой «для себя», «отдает» себя Богу и другим людям. Человеческая природа, «теряя» приобретенную через грехопадение самоцентричность, раскрывается навстречу своей истинной природе и Богу и вновь обретает себя[721]. Иными словами, когда он полностью, целиком отдает себя любви.

Состояние любви является не только естественно-идеальным способом бытия человека, как предполагалось до грехопадения. Теперь это – абсолютный нравственный идеал, требование, которое постоянно звучит в его душе, подвигая к добру и спасая от зла. Идеал этот безграничен, как Вселенная, и содержательно констатируется Богом для человека в различных ситуациях и эпохах далеко не одинаково. Хотя, разумеется, при этом он всегда есть и остается неизменным по своей безграничной природе. Так и Солнце мы описываем по-разному в те или иные минуты, но оно всегда остается самим собой.

В Раю идеал любви был ясен для Адама без слов. Но, поскольку он еще не окреп в своей доброй воле, не привык всем сердцем своим полностью и беспрекословно доверяться Богу, возникла потребность в некотором нравственном правиле. «Пребывание первых людей в Раю, – отмечал известный богослов, – было пребыванием их в непосредственном общении с Богом, которое и было первой совершеннейшей религией человеческого рода. Внешним выражением этой религии была Церковь как собрание первых двух верующих. Но так как Церковь, как внешнее учреждение, предполагает известные установления и условия, на которых основывается собрание, то и первобытная Церковь была основана на особом завете между Богом и человеком. Завет этот состоял в том, чтобы человек любил Бога и ближних и оказывал Творцу свое совершенное послушание во всех Его повелениях, а Бог со своей стороны обетовал за это человеку продолжение его блаженного состояния, безопасность от смерти, как болезненного разрушения тела, и, наконец, жизнь вечную»[722].