Безвкусно упакованные личинки из малообеспеченных семей в первый год превращаются…превращаются… превращаются…в очень курящих и голодных студентиков. Их родители ещё умели в суп из сныти и бересты, но в общежитии семейные рецепты не уживаются с тараканами. Но да,мы все становимся немного свободнее, когда сучья Алена со своим флеш-рояль по ЕГЭ поступает в Вышку. И оставляет нас,таракашек, спокойно курить свои сиги. По областным филиалам. Сомневаюсь, конечно,что в унике для богатых можно так же гнуть пальцы. Хотя хуй его знает!
Через две пятилетки неумытые дети в большинстве своём становятся просто старыми неумытыми. Эта ебаная морщина между бровей, носогубная складка. Пятьдесят, семьдесят, сто тысяч рублей. И ты уже платишь в баре за друга ,и сухарики под стол не прячешь. А может, даже и бизнес какой. Но у тебя гормоналка, щитовидка, опухоль в гипоталамусе. А пиздец, есть же ещё родительские кредиты, мрущие дедушки! Все оказалось так и взаправду.
Когда Лена вызвала меня, я сначала подумала: «Долго не буду отвечать, а потом скажу, что уже занята. Извини, очень хотелось, просто давай в другой раз.» А потом подумала, а хуле. Да, она успешная. У неё муж, бренд одежды, она глава Setters (правда хз, что это, журнал, наверное). Я тут на Штаты коплю, а она туда в выпускном классе летала с батей. И мужа у меня нет, и вдруг она знает ЭТУ историю? Бля. А потом я вспомнила, как в той же самой школе для меня не существовало разницы в бабках. Я знала, что ни в какую Америку никогда не полечу. И рассказы Лены слушала, как если бы дома опять было кабельное. И канал Disney с его «Давай, Санни!», «Волшебники из Уэверли Плейс» и «Ханна Монтана».
В это трудно поверить, но меня никогда не гнобили одноклассники. Да, я была бедная, плохо одевалась, плохо пахла, гуляла с мелкими в одиннадцатом классе. И всегда очень ебнутая, вот просто крайне, это даже не как сейчас. Но у меня была такая богатырская силища любви к себе! Моим одноклассницам, кажется, не так нужны были первые неумелые ласки. (Хотя определенно да, и они). Сколько все эти поделки, креветки с Ашана (которые я таскала на пары), стихи и песни. А ещё игра в Зачарованных. Мне было можно, я была ебнутая. Мое либидо вспыхло в одиннадцать и угасло в тринадцать. Мой отец был моим лучшим другом, мать не контролила, так что поспешно взрослеть не было нужды. И я развлекалась.
Вчера Лена рассказывала, сколько досталось ей в школе за богатого батю. «А ты ей не помогай с математикой, пусть и дальше по Америкам своим катается.» «Че, Игонина, ты уже год выпускница. Шуба есть? Тачка есть? Муж при бабле?» Я правда об этом не знала! Когда Лена поступила в СПбГУ, то поняла, что не такой ее папа богатый. «Вот там реально у всех Картье, тачки, Луи Витоны. А у меня что? Коттедж во Владимирской области, который потом,кстати, отобрали. Папа разорился.» И вот тут началось самое интересное.
Оказывается, я ещё отлично жила в своих текстильных краях. Я воровала у соседок помаду, а Лена – хлеб. Родители присылали мне полторы тысячи рублей в неделю.А Лена жила в Питере на пятьсот.Я экономила на проезде,15 минут пешком к универу. В Питере были другие расстояния.Рита ебашила офиком с первого курса, потому что она будущий политолог.Все политологи сначала офики. Поступила на бюджет в Москве – отрабатывай карму.Лена ходила в гости к богатой подруге. Литейный, куча комнат и потолки во! «И Маша никогда не понимала, почему я такая голодная, и что мы все время ели у нее первым, вторым, третьим делом. А потом она уже стала возить меня в кафе, и заказывать себе больше. Говорила, возьми, заверни, Гришу покормишь. Питерские же,никто никого смущать не хочет.»
Раз уж я в последнее время такая плодово-ягодная на тексты – будет вам продолжение про одноклассниц. Меня очень сильно порвало от факта, что жизнь вот такая (даже не изменчивая) – изъебчивая. При этом – декаду спустя ты все так же носишь подружкины шмотки. Только марка уже eе собственная.
Если немножко отвлечься от Лены, то ещё есть Марго. Марго, как оказалось, всегда стояла на учете в различных психучреждениях. Странно, я со всеми кусалась, а с ней никогда не было. Марго прошла путь от «Чуть не убила старую суку – географичку» до «В 23 отъехала в дурку, выбора не было». Хуя, струя! «Это видимо зря ты, Дядя Фёдор, меня самой ебнутой в классе считал.» Марго рассказывала, как бывает, когда ты в больничку не на еде сэкономить едешь. Не дредики подплести, не в курилке осесть, а когда просто выбора нет. «У меня были такие состояния, что вот я прямо сейчас себя покалечу. И тебя крутят, везут, а там первым делом – галоперидол в жопу. И потом идут дни, где только потолок в трещинах, и ничего больше. Ну ещё слюноотделение. Это бессилят, чтоб не убилась. Я так полтора месяца провела. А потом раз в год – рецидивы. Но тут главное своевременно на таблеточки.»
