Устинов не отыскал целей во дворе, правее строения, и вернулся к окнам на ближайшей стене особняка. Он сделал это очень даже вовремя. В помещении, из которого выходило окно, кто-то из ребят напоролся на двух боевиков. Снайперу пришлось поторопиться и произвести выстрел, не прицеливаясь.
– Попал! – довольно буркнул он.
Павел отдал по радио команду о начале банкета, показал Кудину и Горбенко направление движения, поудобнее перехватил автомат и вместе с сирийцем рванул ко входу в особняк.
Дверь, к которой приближался малочисленный отряд Новикова, располагалась со стороны заднего дворика. Над ней нависал жестяной козырек. Рядом с ним на высоте двух метров чернело небольшое оконце. Выше располагались окна второго этажа.
Перед началом штурма командир наблюдал за ними, но никого в проемах не заметил. Правда, это ничего не означало. В этих помещениях наверняка кто-то был.
Павел подбежал к деревянной двери и коротко оглянулся на подчиненных. Все трое были рядом, оружие наготове.
– Стараемся не шуметь. Гранатами не пользуемся до последнего, – предупредил Павел. – Когда прижмет, применяем их осторожно, чтобы не задеть наших из группы Лихачева.
– Понятно.
– Готовы?
– Как юные пионеры, – заявил Славка.
– Погнали!
Новиков резко распахнул дверь, ворвался в темную прохладу особняка, сразу прыгнул в сторону и присел на колено.
Во-первых, сзади были его товарищи. Во-вторых, задерживаться на фоне светлого проема не стоило. Этой азбучной истине старшие товарищи учили всех молодых спецназовцев.
Его глаза быстро привыкли к полумраку. Помещение, в котором оказалась четверка спецназовцев, было небольшим – семь-восемь квадратных метров. В углу рядом с небольшим мусорным ящиком стоял веник. На стене висела рабочая одежда не первой свежести. На полу высилась стопка старых автомобильных покрышек.
Напротив входа имелась всего одна дверь.
Кудин прикрывал спины товарищей. Новиков готовился дернуть за ручку. Сириец и Толя Горбенко направили стволы в сторону двери.
Рывок. Впереди виднелся длинный, довольно широкий коридор, пронизывающий особняк насквозь, до парадного входа с главного дворика. Он тоже был слабо освещен, однако Павел успел заметить слева и справа двери, ведущие в комнаты.
Примерно в центре этого прохода стояли трое мужчин. Один в джинсах и светлой футболке, двое других – в камуфлированной одежде военного образца. Они были вооружены. Один из них обернулся на звук открывшейся двери, засек в проеме неизвестных чужаков и моментально сдернул с плеча автомат.
Это был сигнал к началу решительных действий.
Павел полоснул очередью. Двое его противников упали, третий неловко попятился назад, споткнулся и прилип спиной к стене. Но при этом он успел выстрелить в конец коридора из пистолета.
Пуля шлепнула в стену чуть выше головы Павла. Громкое эхо пронеслось по проходу.
Теперь о соблюдении тишины можно было забыть. Этим фактом и воспользовался Горбенко. Он от души саданул из пулемета по боевику, оставшемуся в живых. Коридор сразу заполнился дымом и белой пылью.
– Комнаты!.. – крикнул Новиков.
Группа Лихачева за исключением снайпера, оставшегося на позиции, зачищала двор и по наружной лестнице штурмовала второй этаж. А малочисленный отряд Павла должен был заниматься первым этажом. Это означало, что им предстояло проверить каждый закуток, любой чулан. Сделать это надо было очень быстро!
Они буквально бежали по коридору, лишь на две-три секунды задерживаясь у двери, ведущей в очередное помещение. Один открывал ее ударом ноги, двое других совали в проем стволы, осматривали пустое пространство и перемещались к следующей двери.
Встреча с противником произошла в третьем по счету помещении. Похоже, это была мастерская по ремонту оружия. Два боевика в старом грязном камуфляже возились у слесарного верстака. Выстрелы они, конечно же, слышали и успели схватить автоматы.
Подполковник уклонился от прогремевшей очереди, прижался спиной к стене с наружной стороны и швырнул в мастерскую гранату.
Внутри бухнул взрыв. Он сорвал с петель дверь и вышиб окна. Пока Кудин добивал контуженых и раненых бандитов, Павел с Горбенко уже проверяли следующее помещение.
В конце коридора их ждал еще один сюрприз. Со двора в здание ворвались шестеро боевиков, при этом Новиков отчетливо услышал русский мат.
«Неужели свои?! – промелькнуло сомнение в голове командира. – Но кто? Согласно моему приказу, отряд Лихачева сейчас зачищает двор и второй этаж. Никто из его людей не должен появиться здесь».
Сомнения подполковника развеяли выстрелы и пули, крошившие стены. Стараясь увернуться от них, Новиков отпрыгнул к стене и больно ударился рукой о каменный выступ.
Боевики, ворвавшиеся со двора, оказались никудышными вояками. Стреляли они кое-как. Спецназовцы больше опасались шальных рикошетов от каменных стен, нежели точных выстрелов. Их противники полегли после первых же очередей, выпущенных из «Валов».
