– Вот-вот, – подхватил Кудин. – А между командировками станем считать мелочь до зарплаты и жрать отравленные пирожки из столовки для дальнобойщиков.
Павел задрал голову, полюбовался бездонностью синего неба и заявил:
– Слушай, Славик! Раз уж ты решил перенять у Толика нехорошую привычку ловить в каждом бою пули или контузии, то…
– То что? – Кудин настороженно понюхал воздух.
– То тебе по возвращении обязательно предложат подлечиться в госпитале. Верно?
Кудин тоже вознес глаза к небу, ощупал повязку и заявил:
– Да ладно, тут и лечить-то нечего! Пока доберемся до родных мест, забуду, какого цвета боль в ушах.
– Нет, ты все-таки не отказывайся.
– Что-то я не пойму тебя, командир.
– Последнюю извилину бедному Славику контузией разгладило, – проговорил Устинов и улыбнулся во весь рот. – Ты думаешь, наш командир подполковник Новиков о тебе печется? Ему к медсестре Ирине захотелось наведаться! Правильно я говорю, Павел Александрович?
– И к ней тоже.
Снайпер громко рассмеялся, а Славик испугался, что потеряет друга-холостяка, и пустился отговаривать его:
– Паша, ты подумай хорошенько! Ведь настоящие женщины замуж за настоящих мужчин никогда не выходят!
– Ну-ка, давай поподробнее. Этой теории в твоем исполнении я не припомню.
– Да все элементарно. Настоящая женщина с первого раза не соглашается, а настоящий мужчина два раза не предлагает. Вот и вся философия, товарищ подполковник.
– С тобой не поспоришь, философ. Только жениться я до дембеля не намерен. Так что успокойся и не забудь заглянуть в медсанчасть.
За непринужденным разговором бойцы не заметили, как к курилке подошел куратор группы полковник Андреев.
Спецназовцы уже виделись с ним после возвращения, успели крепко, чисто по-мужски обняться на вертолетной стоянке, переговорить.
Виктор Михайлович объявил:
– Товарищи, я только что доложил о завершении операции. Наше руководство в Москве оценило вашу работу на «отлично».
А чего ж ее не оценить-то? Корпус «Священный джихад» деморализован, потерял своих лидеров и мозговой центр. Теперь бандитам понадобится какое-то время для перегруппировки сил и поиска новых талантов среди полевых командиров.
Кроме того, сорваны переговоры представителей ИГИЛ с одним из лидеров сирийских туркменов. Как следствие, нападение авиабазе Хмеймим больше не угрожает. Это тоже неплохой результат.
Трупы всех невольных участников банкета сфотографированы или сняты на видео.
Свои бойцы, слава богу, живы. Да, имеются раненые. Ну так что с того? Группа же не в круиз снаряжалась, а на войну. Там без потерь не бывает.
Андреев присоединился к парням, закурил. Настроение у всех было отличное, под стать яркому солнечному дню.
– А русской водочки у товарища полковника не найдется? – жалостливо спросил Кудин. – Мне после контузии даже врачи посоветовали.
– Как?! Бойцы элитного спецназа пьют водку?! – спросил Виктор Михайлович и состроил страшную гримасу.
– Естественно! – не растерялся капитан. – Жизнь ведь надо прожить так, чтоб было стыдно о ней рассказывать, но приятно вспоминать.
Андреев хитро прищурился и проговорил:
– В нашей конторе, как вам известно, есть все. Найдется и хорошая водка.
– И сколько же?
– Литров десять накапаем. Устроит?
Спецназовцы восторженно заулыбались.
Новиков вдруг подумал: «Неплохо бы под водочку и пообедать. Последний раз мы принимали пищу рано утром. А денек уже клонится к вечеру».
– Годится, – сказал он. – А покушать чего человеческого?
– Этого добра сколько угодно. И вообще, в комнате отдыха жилого модуля для нас только что накрыли праздничный стол, а мы тут о пустяках калякаем.
Покидая курилку, народ довольно гудел. Направились в прохладу модуля и Новиков с Андреевым.
– Когда возвращаемся в Москву? – на ходу спросил подполковник.
– Думаю, нам придется тут задержаться, – стерев с лица улыбку, ответил куратор.
– Как задержаться? Почему?
– Точно пока не знаю. Так распорядился Шестопалов. Очередная связь завтра утром. Думаю, к тому моменту все прояснится.
Туманный ответ насторожил Павла. Неужели руководство не даст передохнуть и зализать раны? Их опять скоро бросят в очередное пекло? А как же раненые?
– Виктор Михайлович, у меня большая часть группы выведена из строя. Гена Силанов долечивается в Москве, у Семена Лапина серьезное проникающее ранение брюшной полости, у Дубова и Лихачева сквозные дырки в плечах. Да и Кудину после контузии неплохо бы недельку отлежаться. Итого в строю четверо.
– Знаю, – угрюмо ответил полковник. – Я упомянул об этом в докладе Шестопалову. Так что он в курсе и, надеюсь, для серьезной работы в ближайшее время дергать вас не будет.
В комнате отдыха два дежурных солдатика в белых накрахмаленных куртках заканчивали сервировать длинный стол, накрытый как минимум на полтора десятка человек. Из одного большого термоса боец разливал по тарелкам аппетитный борщ. В другой блестящей посудине дожидалось своей очереди второе блюдо – отбивные с овощным гарниром. На столе источали приятный аромат глубокие блюда с разнообразными салатами и закусками. Центр стола украшали несколько запотевших бутылок водки и цветастые коробки с фруктовыми соками.
