— Пусть будет так, — возможно, еще не время делать ее сильнее. Силу нужно заслужить, принять и быть готовым к познанию нового. Но, навязывать новое против воли — это не наш путь.
В полном молчании я поднялся с трона и не спеша спустился к основанию постамента, на котором он размещался.
Контейнер с кристаллом стоял у моих ног. Стоило лишь протянуть руку…
Присев на одно колено перед источником Силы, я проворно снял бронированную перчатку с правой руки. Посмотрев на уродливую костяшку, обтянутую мышцами и спайками эпидермиса, я положил длань на кристалл.
— Действительно теплый, — голос звучал глухо… и словно принадлежал не мне. Точнее не только мне.
— Учитель, вы с ума сошли! — бросилась ко мне Оли. Однако, резко затормозила, остановившись в каком-то метре от меня. — Ч-что происходит?
Ее голос доходил до меня, словно проходил через тонну ваты в ушах.
Действительность исказилась, приобретая красные оттенки.
Теперь кристалл, казавшийся белоснежным, предстал передо мной в кроваво-красном цвете. Будто потоки артериальной крови, из него исходили волны энергии, которые проходили сквозь мое тело.
В голове застучало, словно миллионы мастеровых включили отбойные молотки. Шум нарастал, как и интенсивность энергетических пульсаций из недр кристалла. С каждой секундой все происходило быстрее и быстрее, до тех пор, пока перед моими глазами не появилось кровавое марево, застилающее все вокруг.
А вместе с ним — ощущение необычайной силы.
И до этого я не считал себя слабаком, но сейчас…
Словно кто-то открыл плотину, из которой с ревом хлынул Ниагарский водопад энергии. Будто стая диких животных разом сорвалась с места, и мчалась вдаль по бесконечному травянистому лугу. И вся эта сила, мощь, бушевала во мне, распирала изнутри, стремилась вырваться, распространиться вокруг.
Сила хотела бесноваться и крушить. Сминать все на своем пути и обращать все в пыль. Сила хотела разрушать…
И вот, когда бесчисленный табун Силы все же добрался до границ ареала своего обитания, поле кончилось. Я воздвиг на пути этой неудержимой мощи стены, которые во мгновение ока опоясали бешеных животных. Сила взывала, требуя выхода.
Я не подчинился. Напротив, сам стал сжимать эти стены, до боли стиснув зубы.
Эта Сила только моя. И я единственный, кому она будет принадлежать.
Стены двинулись навстречу потоку, угрожающе сокращая ареал его обитания.
Стая дикой энергии повторно взвыла, требуя свободы. Я остался глух к ее призывам.
«Я повелеваю тобой», — словно мантру стал я повторять про себя.
Сила ответила отказом. Она не хотела подчиняться.
Тогда я сдвинул границы своего сознания так, что бесам просто негде было развернуться. Стены сдавили их со всех сторон, заставляя становиться друг к дружке все плотнее.
Сила разразилась диким ревом и бросилась на стены. Чудовищные удары крушили материал, из которого я воздвиг стены, высекали искры и щебень из преграды.
Она не могла вырваться. Сила попала в капкан. И чем больше пыталась найти себе выход, тем меньше возможности маневрировать оставалось у этой необузданной стихии.
Сила раз за разом бросалась на ограду, нанося удары в единственном направлении — она стремилась пробить себе хотя бы трещинку, в которую могла юркнуть и разорвать свои оковы изнутри.
Моя воля оказалась сильнее.
Сила, подобно бушующему океану, слилась воедино, накатывая на стены, стремясь перемахнуть через них. Не тут-то было. Едва я понял, что именно замышляет заключенная в кристалле энергия, как накрыл ее темницу куполом, срастив его со стенами. Вот теперь из ловушки не было ни единого способа вырваться.
И Сила это поняла. Она успокоилась, превратившись в безмятежную океаническую поверхность.
Сила принялась торговаться. Просить, умолять, требовать выпустить хотя бы часть ее наружу. Взамен она обещала мне оставить частицу себя, сделать меня сильнее.
Сила шептала, что я не готов к подобному могуществу. Сила насмехалась над моим прошлым и ехидно твердила, что не таким как я следует ею повелевать.
И этим Сила подписала себе смертный приговор.
Ловушка схлопнулась, перемалывая частицы этой энергии в труху своими неприступными стенами. Воля рвала непокорную на части, раз за разом отрывая от нее куски и поглощая их. И с каждым таким приемом стены становились все тверже, а пространство внутри них — все меньше.
И когда от необузданной Силы остались лишь мелкие крохи, она взмолилась о пощаде. Она взывала к моему милосердию, добродушию и всему самому светлому, прося сохранить хотя бы ее крошечную часть.
Я остался глух к ее мольбам.
Воля поработила эту Силу целиком. Преобразовала в часть себя, уничтожив ее индивидуальность.
Открыв глаза, я первым делом заметил, что кристалл перестал светиться. Теперь это был просто красный кусок драгоценного камня, который, действительно, весьма отдаленно напоминал маленький череп.
Пустой и холодный череп.
— Повелитель, — рядом оказалась Атрокса. Ашара в то же мгновение приблизилась, помогая мне подняться. — С вами все хорошо?
