Деревянная дверь, обитая листами железа. Окон в комнате нет. Кричать бесполезно. Можно попытаться, но кто знает, как на крики отреагирует ее похититель? Наивно полагать, что в темном переулке на них напал кто-то третий. А ведь могла бы догадаться. Рост, комплекция. В тот раз фигуру скрывал плащ, но все-таки. Опять же Таксель приходил вечерами, когда у Аюны был выходной, и уходил раньше, чем девушка придет мыть купальни.
Проклятье, какая же она дура!
Ругай себя – не ругай, делать что-то надо. Халльвега пошевелилась, попыталась подползти тихонько к стене, чтобы цепи лишний раз не звенели. Это получилось не трудно. Толстое темно-медное кольцо подергала обеими руками. Разумеется, тщетно. Такое не вырвать и не выломать.
Взгляд бездумно шарил по пустой комнате. Крошечная комнатушка в несколько метров вызывала отчаяние в сердце пленницы. Ничего нет, спрятаться негде. Что же ей делать?
Прислонилась к стене и принялась ждать. Крикнуть о помощи она себя заставить не смогла. Подозревала, что ее похититель прекрасно подготовлен. Столько дней ждал. Такой не проколется на нелепой случайности.
Скрежет прозвучал, казалось, в голове. Халльвега очнулась от полудремы. Покрутила головой осторожно, заметила в дверном проеме высокую статную фигуру. Невольно подобрала ноги и вжалась в стену.
-Очнулась, - светлые глаза парня уже не казались добрыми и ласковыми. От их холода бросало в дрожь. Халльвега невольно шмыгнула и отвела взгляд. Смотреть в лицо Такселя сил не хватало. – Иногда забавляет, насколько авантюристы живучие. Правда?
-Зачем ты так, Таксель? – хрипло пробормотала Халльвега. Невольно сжалась, когда парень направился к стене, где она была прикована. – Сначала Аюна, теперь я. Зачем тебе это?
-Всегда хотел иметь в доме ручную зверушку. С Аюной сглупил. Надо было поступить, как с тобой. Пожалел, - подошел ближе парень. Прищелкнул языком, разглядывая сверху вниз девушку. – А зря. У вас вечно какие-то отговорки, нелепые слова. «Прости, но…» Не хочу прощать. Собственно, вы наивные и глупые. Не видите дальше своего носа, тешите самолюбие. На кой только?
Таксель присел на корточки рядом, упершись локтями в колени.
-Вот скажи, неужели так сложно было согласиться сразу? Нет, придумала себе какого-то парня в качестве отговорки.
-Не придумала, - упрямо пробормотала Халльвега. Головная боль мешала думать, соображать. Что ей делать? Как отсюда выбираться? Становиться чьей-то игрушкой не хотелось совсем. – Мне нравится другой авантюрист. Его имя тебе вряд ли что-то даст. Его зовут Турмалин.
-О! Целестиал? – Таксель поднялся на ноги. Сверху-вниз с презрением смотрел на пол. – Почему-то даже не удивлен. Вам стоит увидеть целестиала, так сразу из трусов выпрыгиваете. Тем проще. Я почему-то подумал, ты немного другая. Что я тебе не понравился, но ради денег можешь пообщаться. А ты вон как, оказывается.
Халльвега постаралась не подать виду, что удивлена осведомленностью парня. Неприятно слышать о себе гадости, но это все такие мелочи. Отпустил бы.
«Правило третье: никогда не сражайся там, где мало места.»
Голос Мастера Ночи прозвучал тихим шепотом в ушах, словно бы подсказывая дальнейшие действия. Халльвега бегло оглядела комнату, не поднимая глаз и не подавая виду. А что? Идея хорошая. Этот скот сам дал ей подсказку, которой надо постараться воспользоваться.
-Так ты бы сразу предложил, а не ходил кругами, - по-прежнему не глядя в лицо похитителя, произнесла Халльвега, стараясь, чтобы голос не дрожал. Ей нужно изобразить твердость и честность. Авось прокатит. – А то «ты мне нравишься». Спать с первым встречным – это совсем уж пасть. Ради чего? Какой идеи и цели?
-А что, мне надо было подойти и предложить денег? – расхохотался Таксель над ее словами. – Когда-то я пытался, с другими. Чего только не выслушал. Пару раз по морде врезали, чтобы потом гулять с тем, кто больше предложил. Оторвал бы руки стервам. С тех пор предпочитаю ходить другим путем.
Халльвега прикусила язычок. Похоже, были еще девушки. До нее, до Аюны. Проклятый садист. Вот вам и соблюдение законов. Спать на улицах нельзя, а убийце-насильнику по ним ходить можно. Собственноручно бы настучала всем этим гвардейцам! Двуличные ублюдки…
-Если оставишь в живых, получишь все, что хочешь, - злость, закипевшая внутри, подтолкнула двигаться дальше по плану. – Если душем обеспечишь, еще и сверх того.
-А зелье от головной боли не надо? – язвительно прозвучал над ней голос парня. Сердце екнуло в груди. Неужели откажет?
-В таком состоянии я вряд ли что-то смогу толкового сделать, - нервно облизнув пересохшим языком сухие губы, отозвалась она. – Разве что отключусь в самый неподходящий момент. Тогда действительно не будет разницы, живая под тобой девушка или нет.
-Возможно, - к ее голове склонились.
От дыхания зашевелились волосы на загривке. От страха Халльвега позабыла, как надо дышать. Вспомнила о нехватке воздуха лишь тогда, когда парень отодвинулся чуть в сторону.
Зазвенела цепь.
