— Без подтекста, — кивнул я, проводив взглядом ту самую парочку, что шли нам навстречу — причёска у девушки растрепалась, но ей было всё равно.
— Жаль, — удивительно быстро она смирилась с подобным.
Сад, в который превратили довольно большой внутренний двор замка, был действительно хорош. Редкие волшебные фонарики, не менее волшебные светлячки, что летали над кустами роз или вдоль тропинок — всё это придавало окружению совершенно уникальную атмосферу. Преподаватели создали здесь настоящий сад с тропинками, лавочками, кустами и деревцами разной высоты, что позволяло во время прогулки создать иллюзию бесконечного маршрута, по которому ты всё идёшь и идёшь, а ему нет ни конца, ни края, а после каждого поворота ты видишь что-то новое.
— …минус пятьдесят баллов… — донёсся откуда-то издалека голос Снейпа, а мы просто гуляли и пили.
— …минус двадцать баллов… — вновь мы услышали его голос, но уже с другого конца сада.
Проходя мимо гряды кустиков, за которыми виднелся искусственный пруд, мы отчётливо услышали какие-то шуршания и шевеления там. Переглянувшись, мы с Флёр бодро заглянули в эти кусты, создавая яркие Лю́мосы на кончиках палочек, что сами появились в руках.
— Так-так, — спародировал я голос Снейпа. — Кто это тут у нас?
Девушка и парень курса с пятого не глядя отпрянули друг от друга, рысью бросившись кто куда, а девушка поправляла вырез платья, прикрываясь мантией. Миг, и они исчезли.
— Хи-хи-хи… — мы с Флёр тихо рассмеялись и отправились гулять дальше.
— Оказывается, выискивать такие парочки куда интереснее, — Флёр блестя глазами вслушивалась в окружение, — чем быть одной из них.
— Особенно, если знаешь манеры одного мрачного профессора.
За минут пятнадцать такой прогулки мы из вредности, не иначе, разогнали шесть парочек, что самозабвенно целовались, позволяя себе некоторые вольности в изучении анатомии друг друга. Они бежали, как от огня, словно совершали что-то настолько противозаконное, что хуже и быть не может. На грани своей магической чувствительности я ощущал за нами преследование и наблюдение, но помня разговор Романовой и Курагиной, подозревал, что этот наблюдатель, единственный, кстати, является именно Романовой. Вот же девчонке делать нечего, а? Хотя, учитывая, что она пришла на бал с Поляковым, о котором сложно сказать что-то хорошее — неудивительно.
— За нами хвост, — я тихо шепнул на ухо Флёр, чуть склонившись.
— Да?
— Мне кажется, я знаю, кто это. Спровоцируем?
— А как?
Глянув по сторонам, я довольно резко свернул с тропинки, потянув за собой радостно пискнувшую Флёр. Миг и мы в кустах.
— Ох, как сердечко-то стучит, — улыбалась она, прижавшись и положив мою ладонь чуть выше своей груди.
— Флёр, — с укором выдохнул я, но та лишь улыбалась шире, блестя глазами.
— Знаю, но не перестану пытаться. Мне это банально нравится, — тихо ответила она.
Может ввести в заблуждение её поведение, но несмотря на всё это, в руках она держала волшебную палочку и была готова к любым неожиданностям.
— Пара секунд, — шепнул я и мы приготовились, хотя убрать руку она не дала, и это всё действительно возбуждало, хоть и без перегибов.
Говоря «это», я имею в виду вообще всё. Мрачный, но красивый сад, звёздное небо, атмосфера. Красивая девушка, капля алкоголя, тишина, дыханье, взгляд. Постановка ловушки, ожидание, медленный бег секунд.
Казалось, что прошла вечность, но на самом деле, не больше десятка секунд. Кусты резко зашуршали, и на крохотный пятачок за этими кустами, где мы с Флёр стояли и готовились встречать гостей, буквально влетела Романова в своём бордовом платье, что во тьме парка казалось чёрным.
— Ага! — обвиняюще выкрикнула она, явно желая нас застать за непотребством и указывая палочкой.
Вот только мы были наготове и тут же разоружили шатенку, скрутив простыми связывающими чарами.
— Ик… — выдала она, пошатнувшись немного и глядя слегка шальным взглядом. — Нежданчик… ёпта…
Переглянувшись с Флёр, мы придержали вновь пошатнувшуюся Романову.
— А чего это вы не целуетесь? — она перевела взгляд с меня на вейлу. — Целуйтесь.
— Ты напилась? — задал я очевидный вопрос, хотя на самом деле, Романова была не столько пьяной, сколько навеселе.
— Отнюдь. Откуда же там быть алкоголю? Ик… Это алкоголь? Забавно… Подлец.
Шуршание кустов заставило нас с Флёр вновь приготовиться. На «свет Божий» вышел Поляков с двумя бокалами.
— …Постой, мы не допили… — вещал он в пространство, но при виде нас впал в ступор. — О-па…
Я тихо прошептал: «Петри́фикус Тота́лус», и парень резко встал по стойке смирно, завалившись на землю.
— Козёл, — подпрыгнула на месте Романова, разворачиваясь. — Опоить решил… Спасибо.
— Та-ак, — задумался я, развеял чары с Романовой, и мы с Флёр, не сговариваясь, взяли её под ручки, и вышли из кустов.
— Всё чудесатее и чудесатее, — вещала Романова, вдохновлённая подобным раскладом. — А куда это мы втроём идём? Говорю сразу… Ик… Я в таком ещё не участвовала.
— А не в таком? — не удержался я от подколки.
— О, и в таком тоже… да я вообще, не участник. Нигде. Даже в турнир не пустили. Суки.
— Ты раньше пила?
