— О, она крайне занята последнее время, — с ухмылкой протянула Дафна. — Пытается донести до Булстроуд тонкую науку Чар.
Пэнси лишь устало посмотрела на нас.
— И как ты до жизни такой докатилась?
— Отстань, Грейнджер, я в печали.
Мимо нас пронеслось самое настоящее стадо гриффиндорцев во главе с Поттером и Уизли. Они, весело улюлюкая, прорывались через толпу, а тропинка-то не очень широкая — многим пришлось потесниться. Ребята, конечно, чисто формально извинялись, но легче от этого не стало. Нам тоже пришлось немного потесниться, а Дафна, воспользовавшись моментом, вложила руку в мою, убрав её с моего локтя. Немного сжав её в ответ, я на миг задумался о её же словах, об обратно пропорциональной связи разного рода влечений и разума волшебника. Я начинаю воспринимать наши непонятные, плавные отношения как данность, а это плохо. Нужно «что-то».
— Вы так мило и хитро улыбаетесь, — Пэнси на миг вынырнула из пучины усталости, — что аж противно.
— Завидуй молча, — с улыбкой попрекнула её Дафна.
— Кстати…
— Да? — Пэнси глянула на меня, из-за чего чуть не ступила мимо с тропинки, зацепив ногой слой непримятого снега.
— Что-то ты последнее время мало активности проявляешь. Обычно ты то тут, то там, то в одной компании что-то обсуждаешь или слушаешь, то в другой.
— Скучно, — она пожала безразлично плечами. — Раньше ещё было как-то интересно, всё-таки в Хогвартсе ученики ведут себя совсем иначе, нежели дома. А сейчас, когда уже знаешь всех досконально, стало просто… скучно.
— Можно позабавить себя, плетя какие-нибудь интриги.
— А смысл, если исход один?
— То есть?
Пусть собиралась ответить Пэнси, но сделала это Дафна.
— Вот плетёшь ты какую-то мелкую, мелочную интригу, например, против гриффиндорцев. Каков исход? Всегда одинаков. Они теряют баллы, не видят всего изящества и глубины идеи, лишь поверхностные цели, да и ты сам становишься ещё и виноватым во всех бедах в глазах общества.
— Кроме Малфоя, — фыркнула Пэнси, тряхнув головой. — Его интриги всегда оканчивались полнейшим фиаско. Он просто с умным и наглым видом создавал проблемы вообще всем. Хорошо хоть сейчас научился держать себя в руках.
— А ты ведь, — глянув на ухмыляющуюся Паркинсон, и игнорируя очередную группу учеников, что шли в Хогсмид немного более целеустремлённо, я не сдержал собственной ухмылки, — много времени проводила в его компании, поддакивала и поддерживала.
— Поручение отца, не более того. Они хоть и старые знакомые с родителями Драко, но он настоятельно рекомендовал мне заручиться поддержкой самого Драко. В конце концов, не вечно нам быть в школе, и какими бы отрицательными качествами не обладал Драко, он унаследует как деньги, так и влияние.
— За деньги.
— Не важно…
— Давайте лучше о погоде, — Дафна прервала нашу беседу. — Мне этих сугубо слизеринских разговоров о выгоде, интересах и влиянии, хватает и в гостиной.
Так и добрались мы до Хогсмида под разговоры ни о чём. Деревенька, как и всегда в предрождественское время, была обильно присыпана снегом. Высокие стрельчатые крыши, с которых свисали белые шапки, струйки дыма из высоких труб, мягкий желтый свет в окнах. И, конечно же, волшебники — их много. Да, как и всегда, большая часть волшебников — ученики Хогвартса, но были здесь и другие, взрослые волшебники, а мой чуткий взор смог различить и парочку авроров в гражданском — они неуловимо отличаются в манерах, движениях, взглядах и том, как и где стараются стоять или идти.
— В деревне авроры, — я не стал держать при себе свои наблюдения, когда наша троица остановилась у витрины местного книжного, а девочки размышляли, стоит ли туда идти.
— Неудивительно, — безразлично к данному вопросу ответила Пэнси, а Дафна решительно потянула меня за руку в магазин.
Зайдя в это приятное и светлое помещение, сплошь заставленное шкафами и полками с книгами в каком-то хаотичном, одному владельцу понятном порядке, я вдохнул этот характерный запах книг. Дафна потянула меня в раздел Зельеварения, где мы, и даже Пэнси, начали методично читать корочки книг, ища что-то новое или как минимум интересное.
— Согласна, — Дафна неожиданно ответила на предыдущее заявление Пэнси, ослабив повязанный на шее тонкий шарфик. — В связи с последними событиями это действительно неудивительно.
— А как относятся на вашем факультете к… сбежавшим?
Пусть я и знал некоторые мнения учеников за счёт распиханных по Хогвартсу паучков, но из первых уст информация приобретает совсем другой оттенок, ведь одно дело, когда кто-то обсуждает тот или иной вопрос с «в доску своим» человеком», а другое — когда этот вопрос выносится на публику.
— По-разному, — Дафна явно заприметила интересную книжку, потянувшись к ней. — Для тебя ведь не секрет, что многие находятся с ними в родстве той или иной степени.
— Разумеется. Вон, та же Селвин, например… Или Малфой и Лестрейндж. Хотя, говоря о Блэках, проще сказать, кто с ними не в родстве.
— Вот потому и отношение двоякое. С одной стороны — свои. С другой — эти «свои» могут такого понаделать, что последствия всем аукнутся.
