— Всё-то тебе нужно знать, — с лёгким укором, но наигранным, посмотрел я на сестрёнку. — Чистокровные волшебники копят знания так или иначе. А конкретно этот старшекурсник увлекается теорией магической дуэли и боя. Сугубо теорией — практика даётся ему посредственно.
— Как-то это не очень правильно, что одни волшебники имеют доступ к знаниям, а другие — нет.
— Правильно, неправильно — такова жизнь. В обычном мире тоже нужно быть «кем-то», а не никому не нужным и неизвестным человеком. И чем больше ты «кто-то», тем больше у тебя возможностей.
— Да я понимаю, — уныло кивнула Гермиона. — Но это не мешает быть всей ситуации не очень правильной.
— Технически, тебя никто не ограничивает, пока ты в Хогвартсе. Вон, вся библиотека в твоём распоряжении. Уверен, там есть практически все, если не вообще все, методы колдовства. Нужно просто их найти. У старых семей, как мне кажется, не столько уникальные знания, сколько систематизированные и в меньшем объёме, чем здесь. Кто-то, например, издревле увлекался зельями, делали их своим основным направлением развития. В итоге по зельям им намного проще найти что-то у себя дома, чем здесь, в Хогвартсе. А так как вся магия… — я постучал пальцем по виску, — находится в нашей голове, то и у ребёнка в семье зельеваров, росшего в атмосфере этого самого зельеварения, обсуждения рецептов или ингредиентов, само мышление больше ориентировано на зелья и ингредиенты. Они и получаться лучше будут — оно ему просто понятнее.
— Так же как и в обычном мире, например, если растёшь в семье врачей, — подхватила мысль Гермиона. — Мы, например…
Слегка смутившись оговорки, ведь я, по сути, не рос в семье, она продолжила:
— Я имею представление о строении костей черепа, зубах, стоматологии… Только основы, но всё же…
Так породив разговор ни о чём, и обо всём одновременно, мы ожидали возвращения профессора МакГонагалл, и если я просто ждал, думаю порой о нежелательности получения травм этими альтернативно одарёнными личностями в лице Поттера и двух Уизли, то Гермиона то и дело переживала. Она вообще за всех переживает и всегда, маскируя собственные переживания от себя самой какой-нибудь деятельности или прочей активностью.
Время шло, Гермиона то и дело отвлекалась на свои беспокойства и переживания, и даже пару раз вставала со стула и ходила взад-вперёд от стула до шкафа с наградами. Не хватало в сугубо рабочей атмосфере такого же сугубо рабочего кабинета каких-нибудь механических часов, чёткое звучное тиканье которых отсчитывало бы долгие секунды, давя на нервы. Но чего нет, того нет.
В один прекрасный, но при этом и максимально напряжённый момент, дверь кабинета открылась и внутрь зашла МакГонагалл. Как зачастую и бывает, на её лице практически ничего нельзя было прочитать, лишь общая бледность и стремительность движений выдавали в этой отнюдь не молодой волшебнице напряжение, этакую сжатую пружину, чего, по сути, быть сейчас не должно, если всё уже решилось.
МакГонагалл быстро прошла за свой стол, села, подвинула рукой документы, совершив какой-то свой личный психологический ритуал для приведения мыслей в порядок и, кажется, была готова говорить. Гермиона, разумеется, как и положено подросткам, а точнее — уже аж шестнадцатилетним дылдам, подскочила к её столу.
— Как они? — тут же спросила сестрёнка.
— Держите себя в руках, мисс Грейнджер, — спокойно ответила профессор. — Ваши друзья живи и практически здоровы.
— Практически? — Гермиона, казалось, уже успела понапридумывать себе самых разных страшных картин, ведь фраза «жив и практически здоров» охватывает огромный спектр возможных состояний, особенно в магическом мире, где даже самые тяжелые переломы являются не причиной инвалидности, а лёгким недоразумением.
— Лёгкие травмы, ничего серьёзного. Сейчас они в больничном крыле под присмотром мадам Помфри, и им ничего не угрожает.
Гермиона только хотела было развернуться и помчаться туда для прояснения ситуации и успокоения себя любимой, как её остановила МакГонагалл.
— Сейчас визиты запрещены, как и в любой другой день в ночное время, мисс Грейнджер, — строгий голос профессора и в самом деле остановил Гермиону. — Вы же, мисс Грейнджер, мистер Грейнджер, сейчас пойдёте со мной — директор хотел бы вас видеть. Возможно, дабы лично убедить, что с вашими товарищами всё хорошо. Да и поблагодарить вас за благоразумие.
— Сейчас, а не завтра? — задал я очевидный вопрос.
— Такие дела лучше совершать сразу, — кивнула профессор. — Пока не сгладились впечатления от поступков. Или проступков. По крайней мере так мне подсказывает мой опыт как на должности декана факультета Гриффиндор, так и преподавателя в целом.
МакГонагалл быстро обвела взглядом свой стол, встала и направилась на выход из кабинета. Ну а мы — следом. Как только мы оказались посреди тёмных коридоров ночного замка, Гермиона не удержала любопытства.
— Профессор, а что там случилось?
— Мысли вашего брата, мисс Грейнджер, о том, что это ловушка, оказались полностью верны. Сама я, как замдиректора, Хогвартс не покидала и деталей сказать не могу по понятным причинам…
