Забавно было видеть неумелую попытку ударить меня кулаком. С душой, замахом, всем телом. Я даже в ответ бить не стал — просто сместился, поставил правильно ногу и чуть-чуть подтолкнул парня плечом, словно случайно. Поттер нелепо грохнулся, а я пошёл к своему месту. Спиной почувствовал магию, и услышал женский голос «Ступефай». Не оборачиваясь, превратил мгновенно оказавшуюся в руках палочку в плеть и готовился в нужный момент поставить Протего Рефлекто, но к моему удивлению, среагировали Дафна и Гермиона, и если Дафна отправила контрзаклинание, быстро и чётко, то Гермиона — разоружающее по противнику.
Все вокруг сразу «Ох, ах, драка!», но драки не вышло и всё стихло, не успев и начаться.
— Браво! — громко аплодировал Малфой, не вставая с подушек. — Прям то, что Тёмному Лорду и нужно! Раздор, ссоры, драки.
Вернувшись на место за стол, благодарно улыбнулся девушкам. Гермиона, воспользовавшись случаем, решила слово держать.
— Ребята, народ…
Шум постепенно стих, и все теперь обратили на неё внимание.
— Да, произошло ужасное. Да, были совершены ошибки. Но мы должны не обвинениями бросаться, не искать виновных, а извлечь из горьких событий уроки.
Дальше всё это дело перешло в очередной виток демагогии, многие поняли, или сделали вид, что действительно нужно учиться и тренироваться, к чему тут же и приступили. И даже Поттер, успокоившись и посидев на полу со страдальческим видом, преисполнился решимости и пошёл отрабатывать какое-то нужное ему заклинание вместе с Уизли.
— Ты не слишком жестко с ним? — спросила вновь прижавшаяся к плечу Дафна, требовавшая таким образом внимания, а желательно ещё и вежливых, в пределах некоторых приличий, обнимашек.
— Жестко. Но возможно это заставит его наконец-то серьёзнее относится не просто к учёбе, а изучению полезных практических навыков.
— Ага, как же, — вновь хмыкнул Малфой, и даже ребята-хаффы, сидевшие на подушках рядом, читавшие книги или отрабатывавшие движения палочкой, были с ним согласны. — Тут может потребоваться мотиватор посильнее.
— Эх… — вздохнул я. — Я ведь даже не знал о всех этих Поттеровских проблемах. Потому и не обращал внимания. Типа, ну парень да парень, как все, бегает, страдает какой-то своей фигнёй, учится для галочки. Так большинство так делают. А тут, оказывается, он знает и возможно даже понимает всю ту угрозу, что над ним нависла, и не делает вообще ничего!
— Ты слишком критично ко всем относишься, — Дафна явно улыбнулась, пусть я этого и не видел. — Не равняй по себе. Ты можешь учиться новому с огромной скоростью, следовать строгому графику, добиваться поразительных результатов.
— Спасибо, но и ты не бездельем страдаешь. Да даже Малфой.
— Не приплетай меня к клубу лентяев, — наигранно возмутился Драко. — Я покинул их стройные ряды в добровольно-принудительном порядке.
— Родители заставили? — понимающе покивал Эрни.
— Родители. И слишком уж уязвлённая гордость. Мне с детства говорили, что я самый-самый, потому что Малфой, потому что потомственный волшебник с длиннющей родословной, и потому что неприлично богат. А оказывается, что это всё — лишь фундамент.
— Кстати, — Эрни повернулся к Малфою. — Ты не выглядишь огорчённым смертью Дамблдора.
— А должен? — Драко задал резонный вопрос. — Я его не любил и не понимал никогда. Плюс, он был политическим оппонентом нашей семьи. Я не собираюсь изображать грусть и печаль — всё равно никто не поверит, только будут в лицемерии упрекать. Но и фейерверки я из уважения не запускаю. А вот некоторые из наших наверняка радуются, хотя сами не знают, почему. Да и по факту, причин для радости особых-то и нет.
— Пояснишь?
— Появилась неопределённость, и что будет дальше — вообще не ясно. Хуже ли будет? Лучше ли будет? И если будет, то кому? Отец до зубовного скрежета… не любил Дамблдора. Но он никогда всерьёз не рассматривал возможность его смерти. Как говорит отец: «Существование таких фигур на политической и магической арене привносит стабильность. Стабильность — залог прогнозируемости и успеха». Вот так вот…
Так за разговорами и чтением прошло собрание клуба. Ребята из моего круга общения решили практику сегодня не трогать — настроение контрпродуктивное. После пришла пора мне и Дафне идти на дополнительные занятия к Снейпу, и вот на них мы немного удивились — Поттер не капризничал, не пререкался со Снейпом, хотя тот пару раз попытался вывести его из себя. В итоге Снейп почти незаметно чему-то кивнул и перестал донимать Поттера, говоря сугубо по делу.
— Похоже, сработало, — шепнула мне Дафна, к которой я сидел спиной. Собственно, я ко всем сидел спиной, чтобы по замыслу Снейпа не видеть и не подготовиться к атаке на сознание.
— Надолго ли — вот в чём вопрос.
