Время шло, я, словно робот, увлекся слежкой за игрой в основном полагаясь на чувствительность, постоянно мониторя каждое движение всего, что находится на поле или рядом и является частью игры. Постоянно просчитывая возможные траектории движения, возможное развитие событий, наилучшие варианты… Мне даже доставляло некоторое удовольствие, когда кто-нибудь из нашей или вражеской команды начинал действовать в соответствии с моими наиболее выгодными расчётами. Да, наши новички ещё не очень хорошо чувствовали игру, потому совсем редко двигались правильно с моей точки зрения, но Герберт и Тамсин уже имели приличный опыт, зачастую действуя сугубо правильно… Ну, с моей точки зрения, не более того.
Удивительно, но услышав свисток и команду к окончанию матча, я испытал лёгкое разочарование. Мы спускались на землю, собравшись в одном месте, трибуны ликовали, некоторые ученики бежали к нам, а сознание, сменив «вектор» внимания, выдернуло из воспоминаний не полёты, маневры и движения, а статистику и счёт.
— Победа! — радостно кричали ребята из команды, подпрыгивая с мётлами в руках.
Кто-то хлопал меня по плечу, кто-то просто радовался, и такой вот большой гурьбой мы двинулись к замку.
— Ну что, — рядом шёл Герберт. — Как тебе на месте вратаря?
Парень выглядел уставшим и измотанным, ведь игра вышла действительно долгой, почти четыре часа, а его роль была тяжелой в плане физических нагрузок.
— Ты знаешь, — улыбка вылезла на моё лицо. — Мне понравилось…
Гул от множества голосов, радостных и громких, было не так уж и легко разговаривать — приходилось повышать голос.
— …Я думал, что придётся довольно скучно и без напряжения отражать атаки. Но я нашёл свой интерес в наблюдении, расчётах и прочем. А когда ваши действия соответствовали расчётам — вообще хорошо было.
— Ну и отлично, — радостно покивал Герберт. — Мы ведь ради удовольствия и играем. Да и они…
Герберт кивнул в сторону команды Рэйвенкло.
— …не выглядят расстроенными.
— Это так, — между нами протиснулась Тамсин. — Они всю игру проверяли разные тактики, явно подбирая ключик к нашей защите. И подобрали, вполне успешно. Только вот ты…
Толчок в бок в исполнении острого локтя девушки оказался довольно чувствительным, хоть и не болезненным.
— …не пропустил ни одного квоффла. Победили на голевой разнице всего в один мяч! Опять! Как же это круто!
Радовались действительно все, и пусть хаффы, пусть мы говорим, что играем не ради победы, но это не значит, что она не доставляет удовольствия. Да, ловцы обеих команд показали себя не с самой лучшей стороны, я тяжелые тучи над головой буквально сожрали солнечный свет, сделав из пасмурного, но дневного неба, чуть ли не сумеречное вечернее, в котором не то что крохотный мячик увидеть тяжело — игроков видно плохо. Но всё равно, игра прошла в рамках приличия, и не была каким-то побоищем, в которое зачастую превращаются игры, например, Гриффиндора против Слизерина.
Переодевшись, оставив инвентарь и приведя себя в порядок, наша команда, уставшая, но в приподнятом настроении, отправились в Большой Зал, где уже собрались практически все ученики в ожидании ужина. Или обеда… Из-за затянувшейся игры, приём пищи приходится на время между обедом и ужином, и тяжело сразу сказать, чем он является в сути своей.
После ужина, во время которого я не увидел ни одного грустного лица за столом нашего факультета, я отправился в библиотеку, чтобы добить одну не особо интересную, но нужную книжку из списка обязательных к прочтению в Запретной Секции. Но было ещё кое-что, о чём я уже давно не вспоминал, но чего ожидал в ближайшее время, возможно месяцы.
Начала проявлять себя связь с измерением шторма. Она, можно сказать, немного бунтует, выходя на стадию окончательного формирования. Так как эльф в осколках памяти не занимался раньше работой со столь многогранной энергией, воздействия и эффекты которой могут быть выражены в довольно большом диапазоне явлений, то и каких-то точных прогнозов по возможному внешнему влиянию дать было сложно. Сам факт лёгкого «бунта», если так можно выразиться, является нормой. Сама энергия никуда не прорывается, не вырывается и ничего подобного не происходит. Но она так или иначе более активно смешивается с родной нейтральной и привитой энергией жизни, а крохи энергии всегда циркулируют в теле или даже выходят за его пределы, становясь магическим фоном.
Этот эффект и позволяет работать многим чарам или же моим артефактам. Все магические существа фонят, некоторые мощные явления фонят, всё вокруг фонит магией. Но есть и эффект, чем-то схожий с обратной индукцией в катушках, пусть и совсем всё не так. Волшебник — проводник, магическая энергия — электричество, а её ток порождает определённую ответную реакцию мира. Незначительную и порой настолько, что её невозможно зафиксировать.
