— Нет-нет, я очень даже рада, что увижусь наконец-то с родителями, — улыбнулась она, поуменьшив пыл, и теперь идя просто рядом.
— М-да? Уверен, ты переживаешь из-за результатов экзаменов.
— Эм… Ну да, немного. Но ведь нам не сказали оценки сразу, и я теперь не знаю, совершила ли я где-то ошибку. Например…
— Ты на все вопросы знала ответы?
— Разумеется, — важно кивнула она.
— Тогда на всё ответила правильно. Если ты что-то знаешь, то ты это знаешь. Если бы были вопросы, на которые ты не знала бы ответ, то ты бы просто ничего не написала. Кстати, а ты не думаешь, что кто-то из преподавателей занизит или завысит оценки?
— Исключено! — она посмотрела на меня так, словно я сказал какую-то глупость.
Мы, тем временем, вышли с вокзала и пошли на стоянку, в вечернем полумраке и только-только включившемся уличном освещения ища взглядом автомобиль родителей или их самих.
— Почему же?
— Ты же не думаешь, что министерство пустить на самотёк такое важное мероприятие, как СОВ?
— Да кто их знает, Миона, — пожал я плечами, а заметив машину родителей и стоящего рядом отца, махнул ему рукой, заодно показав Гермионе направление. — Нам туда.
— Преподаватели подписывают разовые контракты за некоторое время до экзаменов. Даже если им сильно захочется, они не могут без серьёзных последствий для своей репутации и карьеры завышать или занижать оценки.
— То-есть, — ухмыльнулся я. — Профессор Снейп даже при всей своей нелюбви к Поттеру, например, будет обязан поставить ему ту оценку по Зельям или ЗоТИ, которую он заработает?
— Именно.
— Хм… И откуда ты это знаешь?
— Я всё выяснила перед экзаменами. Разве ты не выяснил? Это ведь очень важно.
— Да мне, как-то, честно говоря, пофиг.
— Пофиг? — удивилась Гермиона. — Но при этом ты уделяешь так много времени учёбе?
— Я же не ради оценок, а ради комплексного изучения всех предметов для максимально широкого и глубокого понимания магии. Привет, папа, — мы как раз подошли к отцу.
— Привет, юные таланты, — улыбнулся отец, а Гермиона тут же поспешила крепко его обнять.
На эти обнимашки у неё уйдёт её секунд двадцать, так что можно пока что сложить вещи в багажник.
Покончив с этим несложным делом, я отправился получать свою порцию приветствий, заключавшихся не в обнимашках, а в отеческом похлапывании по плечам, совместно с лёгкой встряской.
— Как вы оба выросли за такой короткий промежуток времени, — радовался отец.
— Не преувеличивай, — улыбнулся я. — Почти и не изменился.
— Куда ему ещё дальше-то расти, — хмыкнула Гермиона.
Это правда. Мой рост уже более чем неплох. Ещё в прошлом году я считал, что почти вырос, а в этом догнал, судя по всему, последние полтора-два сантиметра вверх, в основном чуть раздавшись в плечах. Правда, и в плечах благодаря тренировкам и питанию, я уже сформировался. В общем, состарь меня лицом, и будет вполне крупный дядька, атлетичный с виду, но не культурист. Да и Гермиона, кстати о птичках, уже вполне сформировавшаяся девушка в свои почти семнадцать — пара месяцев осталось до сентября. Вот вытряхнуть её из джинсов прямого кроя, мешковатых ветровок и прочих унисекс-вещей, и всё, красота, а так… Взрослый ребёнок. Однако, каждому своё.
Мы с Гермионой сели на задние сиденья, отец, очевидно, за руль. Греть машину смысла не было, она не успела остыть, так что мы сразу же поехали домой — мама, наверняка, как и в прошлые разы, организовывает ужин и встречу.
— Ну, ребятишки, — отец на секунду взглянул на нас через зеркало заднего вида, попутно сделав радио чуть слышимым — сугубо ради фона. — Что в этом году интересного случилось? Надеюсь, никаких невероятных приключений абсурдной степени опасности?
— Нет, что ты, — тут же заговорила Гермиона, традиционно спешащая сказать всё и обо всём. — Было очень интересно и даже сложно. Я же писала, что нам прислали некомпетентного преподавателя по Защите от Тёмных Искусств?..
И понёсся галопом рассказ о приключениях сестрёнки, о тяготах организационной деятельности целого подпольного клуба, о том, как тяжело, но интересно организовывать эту деятельность, когда вокруг одни придурки с ветром в голове. Ну и всякое подобное.
Разумеется, Гермиона не могла выдохнуться за не очень-то и долгую дорогу — час без пробок, которых не было… Эх, лет через двадцать в это время можно будет великолепно стоять в пробках через весь Лондон и даже дальше, до Кройдона, и только потом уже дорога, шоссе, трасса…
В общем, я тоже в общих чертах поделился с отцом своими достижениями и событиями из жизни.
— Я получил звание подмастерья в Зельеварении.
— Пф-ф-ф… — Гермиона чуть не подавилась минералкой. — И ты молчал?
— Ну, это произошло незадолго до экзаменов, — пожал я плечами.
— Нет, ты просто невыносим! Как о подобном можно молчать?
— А зачем об этом говорить? Невелико достижение.
— Кхм… — отец привлёк к себе внимание. — А что даёт это звание?
