Отойдя в сторону на десяток метров и максимально скрыв себя магией вообще ото всех, я стал фокусировать в мыслях образ и ощущения от антиаппарационных чар над Хогвартсом — нормального аналога им я не знал, и единственный на данный момент способ предотвратить побег возможного преследователя кроется в моих способностях к волевой магии.
Ждём.
***
Поле, лучи солнца пробиваются через тучи, но не здесь — там, далеко. Ветер колышет травы, до чуткого слуха доносится шелест листвы из рощи неподалёку. Я стою невидимый посреди этого великолепия и ожидаю появления потенциального противника. Жду, готовый к любому повороту событий.
Мгновенно появившееся искажение пространства от аппарации явило полноватую рыжую женщину в чёрных одеждах. Лицо её выражало нескрываемую злобу, а не менее злобный взгляд начал лихорадочно шарить по окрестностям. Вот она резко обернулась, чтобы посмотреть за спину. В этот момент из двух воронок аппарации появились откровенные оборванцы в каких-то далеко не новых одеждах. Выглядели они как какие-то типичные сказочные разбойники — неопрятные, потасканные жизнью, с хищным взглядом и животными чертами. Оборотней, поддавшихся зверю, слишком легко узнать из толпы.
Куда важнее то, что от дамочки, внешность которой по непонятным причинам казалась мне феноменально отталкивающей, хотя объективно особо отталкивающего ничего в ней не было, ощущалось присутствие Чёрной Метки на руке.
— Найдите эту грязнокровную тварь! — истерически завопила женщина, закрутив палочкой петлю. — Он больше не аппарировал.
— Уже ищем, мадама… — осклабился один из оборотней и чуть ли не припал к земле, принюхиваясь.
Второй же оборотень принюхивался сугубо к воздуху. Дамочка, рыжие волосы которой были собраны на затылке в плотный пучок, взмахнула палочкой.
— Гоменум Ревелио, — произнесла она.
Волна поисковой магии разошлась в стороны, а я буквально кожей чувствовал, как она проходит мимо меня, никак не реагируя — зря я что ли скрывал себя с параноидальной силой?
Оборотни, ставшие зверем, более не могут считаться людьми — лишь крайне опасными животными. И если обычное, даже очень опасное животное, остаётся животным, то такие оборотни намного хуже и опаснее. Чтобы понять степень опасности, нужно представить смесь из животных инстинктов, искажённых магией и направленных на убийство, и добавить сюда человеческую хитрость и смекалку, напрочь выкорчевав какие-то моральные принципы.
Можно ли обратить процесс? По крайней мере, мне неизвестны случаи подобного. И всё это значит лишь одно.
Направив палочку на троицу преследователей, первым делом я активировал заготовленное подобие антиаппарационного барьера. Тут же, не дожидаясь эффекта от возможного осознания противником ситуации, направил смесь из тёмной магии и энергии шторма в палочку, воспользовавшись заклинанием от Малфоя. Сектумсемпра. Произносить вслух мне не обязательно — просто беззвучно пошевелил губами.
Хлёсткий щелчок, как от кончика кнута у самого уха, и оборотень, что припал к земле, буквально выпотрошился, а все его внутренности и часть мышц вывалились под него, расплескавшись по траве. Кажется, даже мозг выдавило через ровные, словно вырезанные клинком, трещины в черепушке.
Не давая противникам опомниться, повторил заклинание на втором оборотне — тут картина была ярче, ведь он стоял на ногах. Его туловище буквально вспучило под нетронутой одеждой, и этот вспученный пузырь из мелко порубленных внутренних органов, мышц и нескольких костей буквально вылился из одежды под ноги единым потоком. Пару мгновений оборотень, от которого остался, по сути, лишь каркас, как от разделанной курочки, только одетый, постоял на месте, и лишь потом из мышц ушёл остаток напряжения и тот начал заваливаться, глядя в пустоту стекленеющими глазами.
— Дерьмо! — крикнула дамочка и крутнулась на пятке, но вместо аппарации лишь упала в невысокую траву.
На миг в её глазах мелькнуло непонимание, но потом его заменила лютая злоба. Дамочка вскочила очень резво, учитывая её полноту. В вытянутой руке она держала палочку, то и дело крутясь в разные стороны, ожидая нападения.
— Где ты, мразь?! — она крикнула в пустоту, пару раз дёрнувшись из стороны в сторону. — Я тебя найду, выпотрошу и заставлю жрать собственные кишки!
Какая ретивая дамочка. Учитывая, что она себя сейчас не сдерживает, попутно колдуя в случайных направлениях, я легко могу ощутить всю ту гниль от убийств и пыток магическими способами, что искажают психику и магию, делая её по-настоящему тёмной, энергией смерти, а не то, что принято считать в этом мире за тьму. Пропащая душа, пропащая волшебница, несущая только смерть и разрушение ради собственного удовольствия. Ну или ещё по каким-то причинам, что вряд ли.
Вот только я бы хотел знать, с какого перепуга я удостоился внимания со стороны подобных личностей?
