— Но трагедию и подвиг Дарфура я привел лишь в качестве примера, — громко сказал Якушев. — Разумеется, Советский Союз оказывал помощь повстанцам, но не напрямую, а через Израиль и Эфиопию. Можно быть уверенными, что после присоединения Дарфура к Вэ-Эф, наши спецы займутся прокладкой нефтепровода оттуда к портам на Красном море. В планах также нефтеперерабатывающий завод в Кассале, но пока этот город — территория Судана. Пока! Дело в том, что сразу в трех восточных штатах Судана успешно партизанят воины из племени беджа. Ситуация та же, что и в Дарфуре — арабы дискриминируют местных, грабят, устраивают настоящий геноцид! Эфиопы, эритрейцы, йеменцы помогают повстанцам провизией и оружием, боеприпасами и лекарствами. Если же мы поддержим их справедливую борьбу с воздуха, то успех гарантирован. Причем с минимальными потерями для обеих сторон…
— Фашистов не жалко! — крикнули из офицерских рядов.
— Согласен! — воскликнул Якушев. — Но не все же отморозки!
Гирин приметил, что повара столпились за никелированными стойками, жадно внимая замполиту.
— А Нимейри? — послышался одинокий голос.
— А Нимейри вертится, как уж на сковородке! — подхватил контр-адмирал. — На прошлой неделе он вылетел в Каир. Был слух, что Джафар Мухаммедович бежал, но нет — идут переговоры. Хосни Мубарак, египетский президент, склоняет Нимейри к объединению своих стран в федеративную республику. Понятно, что Египет обеспокоен ростом влияния Восточной Федерации, и не прочь наложить лапу на Судан, чего даже фараоны добиться не смогли. К тому же, Мубарака и Нимейри пугает еще один фактор — Белый и Голубой Нил находятся на землях Вэ-Эф, и обе реки мало-помалу перегораживаются плотинами ГЭС. Стоит «восточникам» перекрыть притоки Нила, как Судан с Египтом постигнет безводье, а, значит, и страшный голод…
— А пусть не лезут! — крикнул кок, воинственно взмахивая поварешкой.
— Согласен! — заулыбался Якушев. — Интересно, что к переговорам подключился Вашингтон — президент Картер заманивает правителей Судана и Египта к себе в Кэмп-Дэвид, чтобы втроем заключить союз между Каиром и Хартумом. Американцы окажут обоим щедрую помощь, а заодно создадут военные базы — для противодействия «советской экспансии»…
Знаете, товарищи, мне кажется, что самое показательное во всем этом — стремительное расширение границ Восточной Федерации и ее ускоренное развитие. Развитие самых нищих территорий Африки и Ближнего Востока, которых колонизаторы сначала нещадно грабили, а затем бессовестно обманывали, устраивая междоусобицы! Конечно, Запад не успокоится, продолжит пакостить, но на то здесь и мы. Вопросы есть?
Из душноватой столовой Гирин вернулся на палубу. «Рига» шла морем, а вход в гавань Суакина терялся в дымке. ТАВКР помалу наращивал ход, машины выдавали узлов двадцать или больше — для взлета достаточно.
Гремя двигунами, сорвался с места истребитель. Легко пробежав, «сушка» взлетела с трамплина, окунаясь в небо. За нею вторая, третья, четвертая…
Самолеты закладывали вираж, и уносились на запад — отвоевывать собственный взгляд на историю, на жизнь, на справедливость.
Проснувшись, Почтарь увидел собственные руки, висящие перед лицом, словно вот-вот вцепятся в щеки. Так уж скроены наши мышцы.
Павел протер глаза, с усмешкой вспоминая, как впервые углядел этот фокус невесомости. Спросонья дернулся от испуга…
Потянувшись, позевав, он решительно отстегнул ремни, и «встал».
Почтарю «постелили» в среднем базовом блоке, самом широком — шестнадцать метров поперек (под него использовали дооснащенную вторую ступень «Рассвета»). Несколько «гостевых» спален-капсул смыкались по вогнутому борту на манер газыря. Залез внутрь, задернул пластметалловую шторку — и ты в домике.
Даже голоса проплывавших мимо не мешали почивать, сливаясь с вечным фоном — тишайшим шелестом вентиляции и надоедливым писком индикаторов.
Ну, по крайней мере, у сна на орбите есть один несомненный бонус — тут ничего не отлежишь. Спишь, как ангел на облачке.
С «утра» Павел посетил ближайший санитарный отсек, лихо разобрался с новой моделью мочеприемника, и отправился в здешний «садик» — так местные называли переходный модуль между средним и нижним базовыми блоками.
В самом деле, приятное местечко — слева и справа таращились в космос обзорные купола, похожие на фасеточные глазищи, выпученные наружу. Их трапециевидные и круглые иллюминаторы толщиной в кирпич, отлитые из прозрачного кварца, распахивали воистину космический простор, а «ботаны», хозяйничающие в биотехнологическом модуле, «высадили» целую аллею из березок и кленов. Чахлые саженцы живо укоренились в гидропонных емкостях, но быстро утратили стройность — тонкие стволики переродились в ползучие лозы, оплетшие стенные панели отсека. Листочки распускались мелкие, зато часто, переливаясь глянцевыми блестками.
Любуясь сияющей лазурью планеты, Павел втянул ноздрями терпкий запах листвы. Чем не «Сокольники»?
