— А тут, оказывается, не дурачок, защиту самого Дамблдора обошёл. Ещё и слухи пошли, что в дуэлях диво как хорош. На фоне этого все вспомнили, что у тебя и оценки только лучшие, без исключений. Тебя пока не начали осаждать девушки только потому, что не могут найти предлога подойти. Берегись, скоро откроют сезон охоты.
— Не думаю, что это так страшно.
Тут хохотнул Захария:
— Ха! Посмотри на прячущегося ото всех Крама и на картонную улыбку Седрика, и повтори свои слова. Причём от этого никаких плюсов — одни проблемы.
— Да ну? — в моём голосе не скрылась ирония.
— Разумеется! — Захария чуть ли не руками всплеснул. — Представь, идёшь по делам, в библиотеку там, или просто посидеть во внутреннем дворе с друзьями.
— Допустим.
— Вот, — кивнул он. — Идёшь, а за тобой хвостом девчонки. Вечно шушукаются, тянутся стайкой, хихикают. Занимаешься в кабинете — они заглядывают в дверь и хихикают. Сел поесть — чуть ли не через плечо заглядывают и хихикают. Присел на лавочке в саду — выглядывают из-за деревьев, из-за колонн, из окон и проёмов, и всё хихикают и шушукаются. Идёшь куда — они за тобой, тыг-дыг, тыг-дыг, тыг-дыг, топочут, бегут стайками.
По мере рассказа Захарии об его представлении о нелёгкой жизни популярного парня, нам всё сложнее было сдерживать смешки, но на «тыг-дыг» прорвало окончательно — виной тому ещё и активная жестикуляция парня.
Отсмеявшись, ребята задали вопрос, интересовавший их куда больше, чем популярность.
— Гектор, — Джастин очень важно посмотрел на меня. — А как ты так легко заучиваешь новые заклинания?
— Ну… — раз уж зашёл разговор о магии, я невольно вытащил палочку из кобуры на предплечье, начав покручивать её в руках. — Как мне кажется, есть два подхода к учёбе. Выучить «на отвали», просто чтобы сдать материал, зачёты там, и всякое такое. И вдумчивый подход, когда ты не только учишь инструкцию, но и проникаешься каждым словом в тексте, каким бы этот текст ни казался глупым, непонятным, или ещё что. Помните, как мы учили чары Патронуса?
— М-да… — протянули все без исключения, ведь это было действительно сложно.
— А причина проста — отсутствие базовых знаний и навыков, необходимых для более лёгкого освоения. Ну, мне так кажется. Да и чары эти вне школьной программы, а литература по ним писалась для уже состоявшихся волшебников. Что это значит?
— Логично предположить, — Джастин почесал подбородок, — что автор предполагал определённый багаж знаний у читающего. Значит и разжевывать материал не собирался, давая совсем уж пошаговые инструкции.
— Именно, — кивнул я, да и остальные были с этим согласны. — Так вот, часть моего успеха кроется во вдумчивом подходе к каждому заклинанию, рецепту, формуле или ещё чему-то, что есть в книгах. Если написано, что нужно почувствовать неведомую хрень, вообразить странную формулу и образ, то так и буду делать, стараясь почувствовать, как это лучше делать для лучшего результата.
— Но всё равно, — покачал головой Эрни, — ты слишком быстро учишься.
— А это уже последствия моей болезни.
Все с вопросом глянули на меня, и даже Сьюзен отвлеклась от разглядывания одной из пироженок хищным взглядом.
— Мозги очень быстро работают и обрабатывают очень много информации. Да и память идеальная.
— Всё-таки, слишком… Прям вот, слишком. Везёт, — протянул Эрни.
— Ну, если ты считаешь везением то, что тринадцать лет не мог осознанно двигаться, толком думать и говорить — то да, — покивал я с улыбкой, а ребята смутились. — Ладно, нечего лясы точить — пора колдовать.
Позанимавшись ещё некоторое время, все мы разошлись по своим делам, а я отправился в Дуэльный Клуб ради крайне сомнительной идеи — попросить Флитвика приложить меня Ступефаем.
Залы Клуба оказались почти пусты. Лишь два ученика постарше сидели за столиком у шкафов с книгами и активно спорили под заглушающими чарами, поочерёдно тыкая пальцем то в одну раскрытую книгу, то в другую, то в пергаменты. Ещё двое вяло дуэлировали на помосте, явно отрабатывая поочерёдно защиту Проте́го и атаку Экспу́льсо. Довольно сложное, кстати, упражнение, ведь правильный Экспу́льсо не имеет визуального луча или снаряда. В итоге тренировка сводилась к своевременной постановке защиты, а нападающий пытался правильно наколдовать Экспу́льсо, чтобы не было визуального проявления. Не считая лёгкого взрыва с огоньком. Но если не стараться приголубить противника как следует, то даже слабенькая петарда способна контузить и навредить сильнее.
Искомый мною профессор Флитвик стоял рядом с дуэльным помостом и с лёгким унынием контролировал безопасность дуэлянтов.
— Профессор, здравствуйте, — подошёл я к нему и кивнул в приветствии.
— О, мистер Грейнджер, — улыбнулся кроха-профессор, глядя снизу вверх. — День добрый, день добрый.
— У меня к вам небольшая просьба.
— Внимательно вас слушаю, молодой человек.
— До меня дошла информация, что Сту́пефай — отличное заклинание.
