Ровно час отработки заклинаний потребовался ребятам, чтобы устать, немного отчаяться, рассесться за столы и, взяв перерыв, заняться обычными школьными делами — сплетнями, журналами, обсуждениями, играми. И, конечно же, девочки организовали чай в вечно горячем заварнике, сэндвичи и сладости. Что делал я? Ну, я не устал, а потому отрабатывал самые разные заклинания нескончаемыми цепочками — от бытовых, до условно-боевых, отправляя их в трансфигурированные манекены. Манекены, кстати, заклинания через три-четыре приходилось полностью восстанавливать, что тоже вошло в режим тренировки. Отработка заклинаний довольно громкая, так что приходилось ещё и ставить заглушающие на область вокруг манекена, но из-за заклинаний, пересекающих границы чар, эти самые чары заглушения слетали через семь-восемь заклинаний — их повторное наложение тоже вошло в тренировку.
— Гектор, — позвала меня Ханна.
Используя Реду́кто, я уничтожил манекен и повернулся к ребятам, что сдвинули столы в подобие общего в Большом Зале и сидели сейчас по обе его стороны, гоняя чаи и обложившись различными журналами.
— Да?
— Иди чай пить.
Действительно. Пора бы и чуть-чуть перекусить. Подойдя, сел рядом с девушками — там было места больше и сладости ближе.
— Вот, — Ханна налила мне чай, а я положил себе бутерброд с двумя сортами ветчины, сыром и листьями салата, но и о пироженках не забыл.
— Спасибо. Приятного аппетита.
— А мы уже.
— Ну, что поделать, — улыбнулся я и принялся за еду.
Пока ел, меня не отвлекали, а сам я с лёгким интересом следил за беседой и обсуждением последних событий в стране, спорте и прочем. Но разговоры быстро кончились — ребята-то уже минут пятнадцать обсуждают всякое. Вот, в итоге, уставились на меня, когда моя тарелка опустела, и остался только чай, щедро подливаемый Ханной. И да, я на одних инстинктах и рефлексах проверяю содержимое еды, ища отклики в магии — чисто.
— Скажи мне, Гектор, — Джастин смотрел на меня с искренним интересом. — Как ты столько колдуешь? Я чашку с чаем-то с трудом ко рту подношу…
— Ты голову к чашке подносишь, раз уж на то пошло, — хмыкнул Эрни, а остальные заулыбались.
— Так-то да, — согласился Джастин. — Час палочкой махать на вытянутой руке… Глупость, казалось бы, а сил не хватает.
— Ну, я много тренируюсь, — ответил я на ранее заданный вопрос и сделал пару глотков ароматного чая. — И физически тоже. Каждый день. Довольно много по времени и мощно по нагрузкам.
— Оно и видно…
Озвучил фразу Джастин, но все парни посмотрели на свои руки, потом на мои, потом снова на свои. Захария даже попробовал напрячь бицепс, но было там… Негусто. Просто паренёк четырнадцати лет. Подобное заставило меня обратить внимание уже на свои руки и напрячься. Ну да, там есть мышцы, рельеф. Потыкал пальцем — камень.
— Погоди… — Джастин посмотрел на меня с лёгким удивлением. — Ты даже не знал, что выглядишь довольно спортивно?
— Ну почему же! — искренне возмутился я. — Недавно в зеркало смотрелся… Летом… во Франции… Мне показалось даже, что я вполне неплох.
— Неплох… — Джастин куда-то уплыл в размышлениях. — Неплох… Я думал, что я неплох, а тут… Вон оно что…
— А что такого-то?
— Понимаешь, Гектор, — Ханна улыбнулась, что придало выражению её лица лёгкий оттенок насмешки и превосходства, но такая уж у неё мимика, я к этому привык. — Ты один из немногих мальчишек в школе, кто может с гордостью носить такие обтягивающие кофты.
Ханна указала рукой на мою синюю водолазку, которую я предпочитаю надевать в выходные.
— М-да? — я осмотрел себя. — Не, ну, она такая мягкая и тёплая.
Разумеется, я понял, о чём идёт речь, но ведь есть у нас спортивные парни. Герберт, например. МакЛагген у гриффиндорцев, и… Всё, что ли?
— Вижу работу мысли на твоём лице, — продолжала улыбаться Ханна. — Это хорошо.
— А чего хорошего-то? — с лёгким возмущением я посмотрел на эту почти-блондинку. — У нас же что получается, вся школа со спортом не знакома, здоровье своё не улучшают…
— Пожалуй, — Джастин глянул на Эрни и Захарию, что ухмылялись, слушая наш разговор, — у нашего таланта приоритеты расставлены в ином порядке.
— Да всё я понимаю, и о привлекательности, и о внимании, — отмахнулся я. — Потому и ребята с Дурмстранга столько этого самого внимания привлекли — у них в школе явно уделяют внимание физическому развитию.
— Ты даже не представляешь, — продолжила говорить Ханна, а улыбка её стала чуть меньше. — Ты замечал, что девочки постарше начали на тебя совсем уж неоднозначно поглядывать?
— Девочки постарше всё время куда-то неоднозначно поглядывают. Как и мальчики. Я за ними не слежу.
— М-м-м, ясно-ясно, — покивала Ханна, как и остальные вслед за ней. — Ты сейчас очень популярен. Ты и раньше был очень симпатичен…
— Ты так считаешь? — перебил я девушку, за что получил тычок в бок. — Ой-ой, понял.
— Да, но ты не перебивай. Весь такой симпатичный, спортивный, лучший охотник. Раньше на тебе внимание не акцентировали, потому что хафф. Ну, знаешь же, какого мнения о нас остальные? Мол, факультет недалёких дурачков.
— Слышал пару раз.
