Стоп! Вот и мысль — я чувствую и ощущаю себя младше миссис Малфой, её вполне чётко воспринимаю старше, хоть и красивой. Тут понятно. Берём другую крайность. Кто хотя бы внешне интересен из «младшей» категории? Ну, именно из младших в плане внешности есть большой потенциал у Джинни Уизли, с её-то правильными чертами лица и огненным цветом волос, правда, явно нужна коррекция здоровья и тогда, я уверен, года через три-четыре, она будет «зажигать и гасить, есть сердца». Но, Мерлин всемогущий, сейчас я её не вижу, как объект какого-то романтического интереса, а это как раз возраст, когда подобные мысли начинают брать в осаду разум подростка. Капитальную такую осаду. Следовательно, это точно не та возрастная категория.
Дафна? Хм…
Как ни странно, но эта мысль заставила меня задуматься, причём крепко. Особых романтических порывов я не ощущаю, хотя вон, в прошлом году, сам инициировал нечто подобное. Нахождение в её обществе не вызывает у меня каких-то проблем, дискомфорта от общения с, якобы, маленькой девочкой и всякое подобное. Внешне она чётко воспринимается как девушка…
— П-ф-ф… — не сдержавшись, фыркнул я, чем привлёк внимание всё ещё имитирующих крайнюю занятость девушек, сидевших за столом в конце прохода.
Причины моего смешка в том, что я вспомнил недавно виденную Джинни Уизли в обычной одежде, брюках, с косичками и вязаной шапке с балаболками. Помимо того, что шапка смотрелась на ней, как какой-то горшочек, так ещё и эти косички, и возраст… В голове сам по себе всплывал вопрос: «Мальчик-мальчик, а зачем тебе эти косички». Собственно, так воспринимается вся «младшая» категория женского коллектива школы. Хотя уже мои однокурсницы являются вполне очевидными девушками, а самая «девушка» — Ханна Аббот. Она, похоже, уже полностью сформировалась, в принципе, как и я среди парней. Конечно же, будут ещё различные нюансы — до двадцати пяти лет скелет вообще довольно активно формируется. Но, скажем так, при прочих равных, уже почти всё сформировано и расти куда-то ввысь или вширь Ханна уже не будет.
Занятно, всё-таки, устроена психика. Разница, казалось бы, в один год, но в сверстницах я вижу девушек, хоть и молодых, а на курс младше — однозначно лишь детишек. Как же всё-таки тонка эта грань?
Но, как бы то ни было, я ощущаю себя старше, чем на четырнадцать лет. Воспользуемся той же методикой и рассмотрим кого-то из старших. В голову тут же приходит Романова. Да-а… Тут уже поинтереснее, но, как мне кажется, дело всё в той же разнице в пару лет. Это, всё-таки, возраст активного роста как физически, так и ментально, и эти смешные пара лет способны всё перевернуть с ног на голову.
Проанализировав свои собственные выводы, а заодно и покончив с очередной книгой, взял следующую. Какие выводы? Не ошибусь, если оценю психологический возраст своей личности из осколков на уровне лет восемнадцати или около того. Опыт и воспоминания, общий объём которых довольно большой, не играют в этом никакой роли. Просто именно где-то на этом возрастном уровне я вижу себя в мире.
— Зараза… — и вновь я не сдержался, а причина тому проста.
— Польщена, и тоже рада тебя видеть…
— О, нет, это я не о тебе, Гринграсс, а о мыслях, что посетили мою голову за миг до твоего появления.
— И что же это за мысли, если не секрет?
Дафна села за стол рядом со мной, с важным видом положив две одинаковые книжки по рунам на стол и пододвинув одну мне.
— Как и обещала, копия моей.
— Спасибо, — улыбнувшись, убрал книгу в рюкзак, что висел на крючке под столешницей. — А мысли… Об отношениях.
— О-о… Неожиданно. Мне даже любопытно, что это конкретно за мысли.
— Я не уверен в разумности их озвучивать.
— Жаль, но дело твоё. Всё-таки, ты мог бы задать интересующие тебя вопросы.
— Хорошо. Рано или поздно я закончу школу, возможно, найду себе мастера и тому подобное, а вместе с этим, стану специалистом в каком-нибудь направлении, скорее всего, как и планирую, целителем. В общем, вырасту.
— Поразительная прозорливость, — Дафна даже немного ехидно улыбнулась и приосанилась, готовясь слушать.
— Сам в удивлении. Однако, из взросления вытекает такая вещь, как отношения из категории «мужчина — женщина».
— Обычно так и бывает, ты прав, Грейнджер, — всё ещё ехидничала Дафна.
— Грубо говоря, я не вижу себя этаким ловеласом-бабником…
— Грубовато, — хмыкнула Дафна.
— Уж прости, не до куртуазных обращений. Не та обстановка.
— Прощаю, — Дафна величественно повела рукой в воздухе, сохраняя на лице всё то же ехидное выражение.
— Появляется очевидный вопрос, я бы даже сказал — проблема. Терзают смутные сомнения, что стань я хоть Мерлином во плоти, но влюбись я в чистокровную, то… То всё, собственно.
— Очень ёмко ты закончил фразу, — лицо Дафны на краткий миг стало ледяной маской, но я знаю, что не оскорбил её или что-то подобное — она так делает, когда что-то выбивает её из колеи.
— Других фраз просто нет. Это просто тупик какой-то, а учитывая, что чистокровных подавляющее большинство, то шанс влюбиться именно в такую чертовски велик.
