Третий проект — паучки-шпионы. С ними всё оказалось довольно просто. Уже под конец первой полноценной недели октября, я правильно скорректировал арифмантическую формулу для заклинания трансфигурации, получая на выходе небольшого такого паучка с лапками средней длины, двумя глазами и чутким слухом. Ну, надеюсь, что чутким — в этом мне уже будут помогать руны. Паучок, по сути, совсем не органический, но трансфигурация прощает многие несоответствия, хоть каменным делай, хоть железным — будет подвижным, как живой. Рунные цепочки пока что в разработке — это дело сложное, и я не думаю, что закончу раньше конца ноября. Дело в том, что нужно создать систему снятия зрительной и слуховой информации и передачу этой информации через Протеевы чары на приёмный артефакт. С ним я, кстати, пока не определился, и дизайн его будет зависеть от многого. Например, от того, каким образом артефакт будет передавать информацию в мой мозг или сознание. Для решения этого вопроса я планировал подойти к профессору Грюму, но…
Грюм слишком неординарен — это мягкая характеристика. Он, кстати, на занятиях в первую полноценную неделю октября, решил учить нас сопротивляться Импе́рио. Ну, по его словам, решил не он, и вообще, к самой идее он относится двояко — вроде бы и нужно наглядно показать и помочь выработать сопротивление этому заклинанию, а с другой — нужно же сначала это заклинание применить к ребёнку. Но, похоже, для себя он решил всё в простом стиле — виновато начальство. Эту же мысль он довёл до нас, если у нас есть претензии, а если мы не хотим абсолютно безболезненно и без последствий учиться такому полезному навыку, то можем валить на все четыре стороны.
В итоге, все согласились. Занятие проходило вполне адекватно. Грюм вызывал нас «к доске» по одному, накладывал Импе́рио и озвучивал свой приказ. Разумеется, все выполняли в точности, или практически в точности, показывая минимальное сопротивление. Сами приказы были простецкие и ничуть не обидные. Поприседать, попрыгать, состроить какие-то рожицы. Грюм умудрялся подбирать приказы индивидуально так, что просто так каждый отдельный ученик не стал бы делать добровольно. Например, Малфою он приказал восхвалять Поттера и Дамблдора, искренне и с чувством — от неестественности происходящего похохатывали все! Уизли — превозносить Малфоя. Вечно держащую аристократично-ледяное выражение на лице Дафну — строить рожицы и кривляться. Многие оказались в шоке от того, насколько у девушки богатая мимика. Ну и всякое подобное.
Неплохо справился Поттер. Грюм заставил его запрыгнуть на стул. Тот сопротивлялся, постепенно сдаваясь, но в итоге прыгнул. Недостаточно высоко, запнулся о стул и упал. Но Грюм его похвалил. Разумеется, подошла и моя очередь.
Импе́рио — действительно мощное и интересное заклинание. Оно отправляет твоё сознание в далёкие дали, испытывать блаженство и тотальный пофигизм ко всему. Грюм, похоже, оценил мою физическую подготовку — не иначе как с помощью своего волшебного глаза, что, честно сказать, несколько смущает. В общем, он приказал ходить на руках. Сопротивляться? Я поначалу не видел смысла. Но, к своему собственному удивлению, довольно быстро вернул себе способность мыслить, остановившись на полпути — как раз опёрся руками о пол. Поднялся, встал. Получил двадцать баллов для факультета за первое удачное сопротивление Импе́рио на курсе.
По окончании занятия, я остался в кабинете.
— Что-то нужно, салага? — хмыкнул Грюм, кряхтя развалившись в кресле за столом преподавателя.
— Да, сэр. Я работаю над интересным мне проектом, и зашёл в тупик.
— Бывает, что сказать, — профессор стукнул палочкой по заварнику, стоявшему на столе среди разной мелочи, и тот почти сразу закипел.
— Мне нужны какие-то чары, руны или другой метод, который позволит передавать зрительную и слуховую информацию от артефакта мне в мозг или сознание.
— Хм… — Грюм налил себе чашечку чая и сделал глоток, поморщившись от кипятка — от этого движения шрамы на его лице пугающе исказились. — Зачем? Шпионить? Не удивлюсь, если, учитывая возраст, планируешь разместить их в душевой девочек.
— Не для этого, — улыбнулся я.
— А зря. Я бы в четырнадцать так и поступил. Почему обратился ко мне? Есть Флитвик, Бабблинг. Вон, можешь вообще к Дамблдору пойти. Старик вечно сетует, что скучает по преподавательской работе. Пусть помается, глядишь, перестанет скучать и начнёт, наконец, нормально работать там, где сидит.
— Вы ещё сердитесь на него из-за дементоров в прошлом году?
— Найди того, салага, кто не сердится, — хмыкнул Грюм, делая очередной глоток чая. — Так что, почему ко мне?
— Если верить слухам о вас, вы параноик, сэр. Без обид.
— Даже если ты параноик, это ещё не значит, что тебя не преследуют.
— Согласен, но дело в другом. Я ни за что не поверю, что вы, будучи параноиком, позволили бы кому-то надеть вам на голову артефакт, принципы работы которого не знаете досконально и не сможете повторить.
