Вот и сейчас я сижу в тишине, отдыхаю от усердной работы над проектом Гермионы, наслаждаюсь тишиной и почти такую же тишину улавливают паучки, разбросанные по замку. Созерцание результата своих тренировок — бесценно для меня. Наверное, потому я и тренируюсь в столь жестком графике. Тренируюсь физически и магически. Чтобы видеть успех, результат, который я достигаю при моих возможностях намного раньше, чем мог бы, будь я просто обычным мальчиком-магглорождённым. М-да…
Сигнал от одного из паучков вырвал меня из созерцательного состояния и я перестал тупо смотреть на огонь в камине. Так, вроде бы что-то интересное, прислушаюсь.
— …завтра, в Хогсмиде, — говорил знакомый мне голос Нотта.
Так, где паучок? Ага, одно из укромных и тихих мест неподалёку от гостиной Слизерина.
— Думаешь, в этом есть смысл?
— Не задавай вопросов, — с нотками недовольства ответил Нотт незнакомому мне голосу парня. — Стоит только мне сказать хоть слово отцу, и твоего вышвырнут с работы с ужасной рекомендацией.
— И какой план?
— Их должно быть несколько. Этот грязнокровный жук слишком хитёр. Для начала — зелья. Он наверняка заглянет в Три Метлы. Отвлечь и подсыпать, скрываясь под мантией-невидимкой — проще простого.
— Допустим, — согласился незнакомый мне ученик, а судя по голосу, он на старших курсах.
— Нужно попробовать подкинуть ему проклятый предмет. Это должно сработать, — с лёгким сомнением ответил Нотт. — А ещё, можно попробовать его подловить и как следует отмудохать.
— Это вряд ли…
— Что ты сказал?
— Пробовали… Не вышло.
— То есть, ты хочешь сказать, — зло зашипел Нотт, — что какой-то грязнокровка сильнее чистокровных магов? Ладно ещё, когда разговор идёт о нашем возрасте — мы ещё многого не знаем.
— Говорю, как есть.
Тишина.
— Странно, — потянул с сомнением Нотт. — Го́менум Реве́лио!
Он внезапно выкрикнул заклинание, и после этого воцарилась тишина, которую прерывали лишь два тихих дыхания.
— Никого. Тебе не кажется, что нас подслушивают?
— Это Хогвартс. Даже у стен могут быть уши.
Не говоря больше ни слова, они ушли из зоны действия паучка. На таком расстоянии я не могу толком передать ему «следуй за ними», да и без этого я услышал достаточно. Значит, Нотт начал мутить воду? Но мутил ли он её до этого момента? Но, с другой стороны, разве это имеет значение?
Вытащив палочку и наколдовав Те́мпус, решил отправиться спать — полвторого ночи. Конечно, я не чувствую себя маленьким, чтобы отправляться спать, но зато я чувствую ответственность за свой собственный прогресс, которым, пусть и не до экстаза, но наслаждаюсь.
***
Блюда на Завтрак в Большом Зале подавали довольно сытные, собственно, как и всегда. Но ученики были крайне активны, возбуждены и в предвкушении, ведь сегодня можно будет практически весь день провести в Хогсмиде, а ведь там сейчас должно быть неплохо — ночью внезапно выпало просто море снега, заметя всё вокруг замка.
После завтрака ученики, и я в том числе, отправились скорее по гостиным, чтобы переодеться, взять деньги или ещё что, после чего, к одиннадцати часам, все постепенно стягивались на внутренний двор перед выходом из замка. Довольно быстро я заметил Дафну. В этот раз она довольно ловко оторвалась от других слизеринцев, и сейчас стояла в галерее, у одной из колонн, аккуратно поглядывая по сторонам. Сам я стоял в не менее скрытом ото всех месте, и в итоге не удержался, разогнал сознание и свою магию по максимуму.
Сомкнув ладони друг над другом, начал истово направлять туда энергии, концентрируя их между ладоней. Краем сознания, всё-таки незадействованным в процессе полной концентрации, отметил, что если бы не мой контроль энергий, то было бы не избежать довольно мощного магического выброса. Концентрация энергий между ладоней росла, и хорошо, что они были плотно сомкнуты, иначе бы тусклый свет от энергии обязательно вырвался бы наружу. А может быть и нет.
Что я делал? Чистая волевая магия. Такая, какой она могла бы быть у местных волшебников, будь мозг развит намного больше. Никаких костылей, никаких формул, никаких жестов и прочего — лишь фантазия, воображение, пространственное мышление, концентрация… В общем, упор на ментал и физиологию.
В голове был образ небольшой, тонкой металлической змейки с голубыми глазами. Защищать, оберегать, слушаться — вот образы, что крутились у меня в голове, при создании тонкого браслета. Защищать и оберегать. И всё это накладывалось на образ Дафны. Концентрация однозначно зашкаливала, а поток энергии из тела был крайне велик, даже для меня, но я не сдавался.
В один прекрасный момент всё закончилось. Я буквально разумом почувствовал, что процесс окончен, а мою правую ладонь холодил лежащий на ней металл. Открыв глаза, что в процессе закрылись непреднамеренно, я взглянул на предмет — небольшая тонкая змейка свернулась спиралью на моей ладони, а глаза её были закрыты. Просто спиралька, но если вглядеться, то без труда увидишь крайне детализированный предмет.
