— Да ну? Я думала, плюнуть в котёл Снейпа — нарушение правил.
— Эй! — мы с Дафной возмутились одновременно. — Ты зельеварение не трогай.
— Ладно-ладно!
— А причина, как мне кажется, — теперь уже я задумчиво взглянул на водную гладь, греясь в лучах солнца, — проста и очевидна. Наши профессора вместе с этими министерскими бракоделами всё поле превратили в какую-то глушь растительную. С третьего раза только. Дай Мерлин, к следующему году вернут в нормальное состояние.
— Бракоделы? Хорошее слово, — Дафна улыбнулась. — Надо запомнить. И наставнику сказать. Пусть обогатит лексикон.
— Ты хочешь, чтобы Снейп ещё более забористо описывал интеллектуальные способности того стада баранов, что приходят к нему на занятия?
Моя фраза вызвала смешки у девушек.
— Почему бы и нет?
— А вы, хочу я сказать, — Пэнси с подозрением смотрела на нас, — те ещё мазохисты.
— Наглые инсинуации!
Вот так и проходили дни один за другим, пока в один прекрасный момент не пришло понимание — экзамены не за горами. Буквально со дня на день. А сразу после них — третье состязание. К этому моменту уже ни для кого не было секретом, что странный и страшный растительный лабиринт, в котором день ото дня копошатся минимум десять волшебников, что-то химича, будет этим самым испытанием. Седрик готовится, и делает это отчаянно, практикуя самые разные направления магии, при этом, не забывая и об экзаменах. Да-да, от занятий-то чемпионы освобождены, но не от экзаменов. Интересно, чем это всё закончится? И стоит ли, если Седрик победит, просить у него доступ к огню Трибунала? Ведь я уже пришёл к выводу, что подобное — как чит-коды в игре, убьёт весь интерес к саморазвитию. Думаю, скоро я узнаю и результаты, и смогу сам себе ответить на свои же вопросы, но самое главное — надеюсь, что яичко созреет раньше, чем придётся уезжать на каникулы.
***
Как сказал бы один мой знакомый из прошлой жизни: «Вжух, и всё». Примерно такое впечатление оставили после себя мгновенно пролетевшие экзамены. Словно резкий порыв ветра, словно молния — не успели начаться, а уже кончились, и, как положено молнии, оставили после себя угасающий гром — странное послевкусие, лишь затихающие впечатления.
Самая большая обида для всех учеников школы заключалась в том, что после экзаменов, обычно, у нас есть день или два на посещение Хогсмида перед летними каникулами, но сейчас на это время приходится третье состязание Турнира, и никаких походов не планируется. Да, походы перед отправкой домой — не самая, можно сказать, разумная вещь, ведь до отдыха рукой подать, но тем не менее это так. И нужно быть честным с собой, из третьего испытания получится крайне сомнительная с одной стороны, но с другой и интересная замена походам.
Но, пусть походы и отменили, абсолютно каждый ученик Хогвартса, за исключением парочки семикурсников, терзаемых сильными сомнениями и столь же сильной неуверенностью, ожидали третьего состязания. Не знаю, как на других факультетах, но у нас был брошен жребий, и на двух ребят с пятого и шестого курса легла ответственность по добыче того, что в Хогвартсе было не найти просто так — различных напитков для вечеринки. Раз мы не идём на прогулку, «прогулка» идёт к нам.
Но это всё лирика. Двадцать четвёртого июня, на следующий день после последнего экзамена, ближе к вечеру все мы покинули замок в сопровождении МакГонагалл и пары авроров в штатском — ни за кого другого этих волшебников принять было решительно невозможно. Путь наш был короток и заканчивался большими трибунами, которые были выстроены вокруг одного из участков трибун поля для квиддича. Трибуны одного сектора поля были слишком малы, чтобы вместить всех учеников и гостей. Непоправимо малы. Потому их и перестроили, и теперь зрительские места начинались не с высоты третьего этажа, а от самой земли. Да и в принципе были больше и комфортнее — всё-таки в своём изначальном виде это просто лавки, а высокие спинки и бортики ограждений были только на самых верхних рядах.
Как и прежде, рядом с местом проведения испытания дежурили волшебники, в том числе и колдомедики в своих лаймовых мантиях. Рядом с бывшим полем для квиддича были установлены несколько палаток, и, судя по гербам на одной из них, там располагались чемпионы.
Довольно быстро трибуны оказались заполнены учениками, на отдельных местах, более качественных и удобных, располагались гости, будь то представители стран или школ, или же просто родители, что приехали посмотреть, поддержать, пообщаться друг с другом, оставляя тем самым ощутимые суммы в карманах организаторов. Занять места рядом с теми, с кем хотелось бы, было довольно проблематично из-за потока учеников, а потому, я сел там, где получилось — но хотя бы это привычные люди с моего факультета.
С трибун открывался шикарный вид на глухую высокую стену из растений, у которой был лишь один вход, а также на небольшой пятак открытого пространства между трибунами и стеной. Именно на это место поспешно вышел Людо Бэгмен в чёрно-желтой мантии, делавшей его похожим на пухлую пчелу. Он коснулся палочкой горла.
