— Как-то так, — я повернулся к удивлённому и словно бы наигранно понурому Драко. — Но ещё далеко от идеала — я это отчётливо ощущаю.
— Ясно. Верю. Как-то неприятно видеть такие успехи у магглорождённого.
— Тренируй мозги — вся магия в них. Обычные люди говорят, что математика — гимнастика ума. И нужно уделить внимание пространственному мышлению — тут тоже поможет математика, а точнее, работа с объёмными фигурами. Ну или просто тренировки в колдовстве до седьмого пота.
— А, — отмахнулся Малфой. — Магия с палочкой всё равно не моё.
— Ты лучше скажи, дуэлиться будем?
— К Мордреду. Настроения нет.
Как итог — дуэли действительно не было. Пообщавшись с парочкой учеников, я покинул постепенно пустеющий дуэльный клуб и направился в главный холл — время встречи старост.
Ждать пришлось недолго. Практически в оговоренное время появились все, кроме Рона.
— Где Уизли? — спросил я Гермиону, выглядевшую несколько устало.
— В гостиной, где ещё-то? Говорит, что нечего ему обсуждать со слизеринскими змеями, заучками и тупицами.
— Каков подлец! — возмутилась Падма Патил, староста Рэйвенкло. Вот мне интересно, она — индианка. Я знаю, что у них там нет своей хорошей школы волшебников. Так вот — Патилы тут, в Англии живут, или просто отправили своих детей, Падму и Парвати сюда учиться?
— П-ф, это же Уизли, — Паркинсон с нахальной ухмылкой на лице закатила глаза к потолку. — Разве стоило ожидать чего-то иного от этого недалёкого идиота?
— Он не дурак, Паркинсон, — огрызнулась Гермиона скорее из внутрифакультетской солидарности, чем от полнейшего несогласия. — Он лучше всех играет в шахматы на факультете.
— Вот и гадай теперь, — Малфой медленно осмотрел присутствующих. — То ли Грейнджер превознесла Уизли, то ли весь свой факультет опустила до его уровня.
Подобное вызвало закономерные смешки у доброй половины старост, и у меня в том числе, ведь все не понаслышке знают о горячности шестого Уизли, как и том, насколько нелепы и глупы в итоге его поступки из-за этой поспешности. Я, на самом деле, не отрицаю, что Рон может проявлять действительно хорошие умственные качества, как и его друг Поттер, но вспыльчивость, поспешность, малый кругозор буквально погребли под собой их интеллект. Тот же Поттер, например — я не раз замечал, что он способен думать только в спокойной обстановке, но где бы она взялась здесь, в Хогвартсе? Он, как и Рон, не ладит с большей частью сверстников не со своего факультета — для них повсюду раздражители. Но это лирика. Пора брать дело в свои руки, пока все не перессорились, и не важно, взаправду, или в шутку.
— Господа, отставим в сторону споры, для них ещё придёт время. Отсутствие Рона никак не скажется, ведь он всё равно не собирается быть старостой, как мне кажется. Знает кто-нибудь кабинет какой поблизости?
— Есть один, — кивнул Гольдштейн своей кудрявой головой. — Давайте за мной.
Пара минут, и мы зашли в один из неиспользуемых классов. Вот только здесь не только стены были голыми, без единого следа каких-нибудь плакатов или шкафов, но и мебели не было вообще.
— Постоим, не сломаемся, — Ханна по-деловому оглядела абсолютно пустой класс — хорошо хоть окна были.
— Можно и наколдовать… — я хотел было достать палочку, но, похоже, никому это было не нужно и задерживаться здесь никто не хотел и не планировал. — Ладно.
— Давай, выкладывай, зачем нас всех собрать решил, — начала разговор Пэнси, подбоченившись. Остальные просто стояли, формируя этакий круг.
— Секундочку, — я всё равно достал палочку и провёл ею вокруг нас, создавая мощные комплексные чары приватности. — Всё просто. Нужно определиться с политикой каждого факультета относительно Амбридж.
— А что делать? — Гольдштейн переводил взгляд с одного на другого. — Да и зачем? Ну не будет практики — велика потеря?
— Как это — велика потеря? — Гермиона явно не понимала, как можно так легкомысленно относиться к этому вопросу. — Это же очень важно, особенно в свете последних слухов о возрождении Сами-Знаете-Кого.
— Ой, далась ты ему, даже если он вернулся, — Малфой с пренебрежением отнёсся к этому высказыванию. — Будет он бегать да охотиться на всех несогласных, особенно на детей.
— Гарри Поттер? — Падма немного наклонила голову вбок, одним этим именем ставя под сомнение слова Малфоя.
— Т-ц. Дело ясное, что дело тёмное, — он показательно отвернулся, уставившись в темноту за окном.
— Допустим, — кивнул Гольдштейн, проведя рукой по своим светлым кудрям. — У нас вроде бы начали пытаться что-то с этим сделать, но это гиблое дело. Каждый себе на уме, никакой дисциплины, полнейший хаос. Все отрабатывают что попало, старшекурсники — не исключение.
— Эх… — вздохнула Гермиона. — У нас примерно то же самое, только большинству ещё и плевать на практику. Учиться никто не хочет. Всем развлечения да квиддич подавай.
— Какой квиддич? До начала отборочных вообще почти две недели.
— Ну… — Гермиона замялась, словно сказала то, что не должна была. — Анджелина назначила отборочные на эту пятницу.
— О, неужели вы научились играть нечестно, словно «поганые слизеринцы»? — слова Малфоя буквально сочились иронией.
