И таких вот «запрещается» становилось всё больше и больше. Амбридж лично следила за тем, чтобы всё выполнялось неукоснительно. Первую половину октября она делала это с большим энтузиазмом — взмахом палочки разнимала влюблённые парочки, которые могли как целоваться в коридоре, так и даже попросту держаться за руки. Или, например, при помощи бытовых чар одним взмахом палочки приводила неопрятную форму ученика в норму — сама заправлялась рубашка, застёгивалась верхняя пуговка и аккуратно затягивался галстук.
Но «инспектору» это дело быстро надоело, и она начала уже штрафовать, снимая баллы. Ближе к концу октября появилось объявление о наборе в Инспекционную Дружину Хогвартса. Судя по этому объявлению, тем, кто решит присоединиться к этой чудесной организации под руководством Амбридж, полагаются дополнительные баллы. Но вот же незадача — Амбридж насолила всем, в том числе и слизеринцам, банально закрыв Дуэльный Клуб. Да, лично она не закрывала это чудесное место, но вынудила Флитвика своими декретами. В общем, нет у неё поддержки в Хогвартсе, как я и просил многих, и это её бесит, раздражает, заставляет нервничать и злиться — это видно с каждым днём всё лучше и лучше в её словах и движениях.
Сама же обстановка в Хогвартсе… Ну, что я могу сказать? Она напряженная, и напряжение это растёт — ученики просто не готовы принять столь строгую дисциплину, правила, пусть даже далеко не каждый пользовался разными вольностями. Например, далеко не все обожают практические занятия, есть исключения, но даже они возмущены их отсутствием — и такое повсеместно.
Наш новообразованный клуб собирался один или два раза в неделю, и дела там шли вполне неплохо. Уизли продвигали свою «Забастовочную» продукцию — ходили в клубе и, по словам Гермионы, в гостиной факультета, таская туда-сюда ларцы и коробки, предлагая различные сладости с самыми разными эффектами. Разумеется, для каждого эффекта идёт в комплекте противоядие, да и предлагали не за бесплатно. Например, кровопролитные батончики, которые «проливают» на самом деле не кровь, всякие блевательные батончики, опухательные леденцы, языкораздувательный мармелад, лихорадочный леденец и прочую ерунду, позволяющую по тем или иным причинам прогулять урок-другой. Такие товары пользовались популярностью не только среди гриффиндорцев, хотя они относились к основной массе покупателей — дух явного бунтарства, именно такого вот, «на всю катушку», присутствовал только у них. Остальные ждали, когда уже чаша весов прегрешений Амбридж перевесит… Что бы там ни было на другой чаше, но перевесит, в общем.
Школьная жизнь вне переделов гостиной стала окончательно унылой — ученики делают вид, что подчинились, смирились, и следуют декретам, злясь всё сильнее. Но благодаря этой согласованной модели поведения вокруг не происходит вообще ничего явно. Но мои паучки, разбросанные по замку, позволяли знать кто, в каком количестве, где и когда собираются, как пытаются обезопасить свои места для маленьких групп от вторжения Амбридж, и чем они занимаются. Ничего предосудительного — в основном, ученики занимаются, тем, что им запрещено делать, либо же своими клубными увлечениями, не прошедшими «аттестацию» розовой жабы.
Так вот, занятия нашего Клуба Общепрактического Волшебства протекали довольно интересно, если наблюдать со стороны. То, что я заметил на первом занятии, оказалось отнюдь не обманом и не иллюзией — собравшиеся здесь ученики имели крайне скудное представление о боевом или условно боевом применении магии. Но это не показатель. Думается мне, что причина банальна — тем, кто имеет представление о такой магии, немного практикуется в ЗоТИ и каких-нибудь схожих по характеру дисциплинах, просто нет никакой необходимости посещать подобный клуб. Например, для меня, Драко, Дафны, да и самого Поттера. Тот, похоже, как для ученика, неплохо поднаторел в этой дисциплине за прошлый год, пока старался проследить за Каркаровым, попутно изучая магию ради этой цели, в том числе, и касательно защиты себя любимого. Однако, вместе с ним занимался и Рон, если верить их словам, но вот у него дела не очень.
В нашем КОВ-клубе уже к ноябрю наметились две быстро прогрессирующих кандидатуры. Хотя, наверное, всё же три. Гермиона, Джинни и странная белокурая девочка Луна Лавгуд. Касательно последней сразу хочется отметить, что у неё великолепно получается именно защитная магия, но всё, что так или иначе является атакующей, контратакующей или хоть как-нибудь взаимодействующей с другими волшебниками, хоть как-то наносящее вред — не её.
