— А… Да, упустила. Судя, по вашим словам, вы использовали ряд рун вместо формул для облегчения визуализации материала и формы.
— Это правильные выводы, пять очков Гриффиндору.
Гермиона кивнула и сделала пару быстрых записей в тетради.
— В самом деле, — продолжила профессор, — я облегчила магическую манипуляцию применением нескольких рун и их вязи, создавая их в мыслях и вплетая в формулу одну из базовых формул трансфигурации. Вы и сами уже наверняка не раз и не два пользовались чарами или заклинаниями, так или иначе усиленными или изменёнными рунами.
— Да, профессор, — Гольдштейн был явно осенён какой-то догадкой, так что вновь не сдержался. — Нам ведь давали парочку. Даже на ваших занятиях.
— Именно, — профессор улыбнулась чуть шире. — Теперь же мы приступим к изучению принципов, по которым можно вплести нужные нам руны в то или иное заклинание, ещё не подготовленное для этого «вплетения». Это позволяет как задавать строго определённые свойства колдовству, например, при трансфигурации, когда при любой манипуляции вне зависимости от типа будет задана определённая форма конечного продукта, так и в чарах, или в чём-то ещё.
Профессор вложила палочку во внутренний карман мантии и достала из стола несколько различных предметов, среди которых были и палочки.
— Как пример совмещения чар, зельеварения и артефакторики…
Гермиона подняла руку.
— …Да, мисс Грейнджер?
— Профессор, разве артефакторика не находится в списке особо продвинутых магических дисциплин, находящихся под строгим контролем министерства магии?
— Находится, и что?
— Эм…
Подобное вызвало улыбку у меня, Дафны и Гольдштейна, а остальные «вороны» внимали.
— Разумеется, — продолжила профессор, — если вы будете направо и налево разбрасываться руническими артефактами, к вам придут из министерства и спросят: «А где же ваша учёная степень? А лицензия? А почему вы разбрасываете подобные вещи, рискуя Статутом?». Но это не отменяет базового образования в этом направлении, а уж развиваться в этом направлении или нет — дело ваше. Но, перейдём к сути.
Профессор взяла одну из палочек и, покрутив ту в руках, рассматривая, продолжила.
— На этой палочке нанесён ряд магических рун. Конечный эффект основан на взаимодействии чар с готовыми рунами. Прикройте уши…
Не следовать рекомендации повода не было, так что все мы прикрыли уши. Профессор взмахнула этой палочкой, указывая на стену сбоку от себя, и громко произнесла:
— Люмос Солем.
Кончик палочки вспыхнул, а в стену ударил узкий конус света. Всего на миг, даже не на секунду. Но этого хватило, чтобы с очень громким треском, почти что взрыв, часть стены сильно опалилась.
— Вот так, — кивнула профессор, говоря довольно громко. — А что бы было понятно…
Она указала палочкой на подсвечник, делая правильный взмах и произнося:
— Вингардиум Левиоса.
Подсвечник взлетел, спору нет, вот только при этом с треском начал плавиться, дымить, чернеть, за пару секунд опав расплавленным ручьём на стол преподавателя, прожигая его. Профессор убедилась, что мы всё видели и какие-то выводы сделали, и только после этого убрала остатки подсвечника, попутно починив стол.
— Это была демонстрация всего лишь волшебной палочки с рунной вязью, а в сами заклинания была вплетена одна простая руна. Что вы можете сказать? Кто-то кроме мисс Грейнджер?
Руку подняла Дафна.
— Да, мисс Гринграсс?
— Любое заклинание, проходящее через такую палочку, приобретает заложенный в руны эффект. С применением в заклинании или чарах специальной руны позволяет эффекту быть более контролируемым, а не спонтанным.
— Всё верно, — довольно кивнула профессор. — Пять баллов Слизерину. Хотя, если я не ошибаюсь, ваша семья, юная леди, вплоть до одна тысяча восемьсот двенадцатого года активно практиковала именно руны и развивалась на этом поприще. А только после этого переквалифицировались на несколько иное направление.
— Да, профессор.
— Что же, приятно знать, что вы проявляете интерес к столь сложной науке. Тем более что именно труды вашего пра-пра… прадеда побудили во мне интерес к рунам. Мисс Грейнджер, у вас остались вопросы?
— Да, профессор. Я хотела узнать, почему такие палочки не встречаются повсеместно? Я, признаться, впервые вижу такое.
— Это крайне специализированный инструмент, мисс Грейнджер. И он требует особых навыков для использования. Более того, такая палочка уже не способна выполнять обычные магические манипуляции. Вот и далеко не каждый волшебник готов пожертвовать универсальностью ради специализации, во многих вопросах став беспомощным. Ведь волшебные палочки на деревьях не растут, как бы парадоксально не звучала эта фраза. Многие, практически все, сродняются со своей палочкой со временем, и найти замену или альтернативу становится крайне сложно.
— Ясно. Спасибо, профессор.
