Ох, непросто их убивать! – сокрушался Сотник. – Совсем непросто. А церкви жечь?! Они же не загораются. В лучшем случае будут тлеть. Но непременно набегает целая толпа народа, которая старается потушить. Надо разгонять… Всех убивать Владыка не велел. Кем тогда повелевать стану? – спросил Он меня однажды. И я не знал, что ответить. С одной стороны, этот народ вроде бы напрочь безбожен, ругаются в «Бога и Господа» и тридцать три этажа. А с другой… Попробуй, скажи им, что Бога-то нет… В ответ такое услышишь! И в церкви ходят целой толпой. А после церкви пьют водку и дерутся с жёнами… Где-то, что-то Князь недоработал. Не тот подход избрал…
Глава 2. Тьма нанесла ответный удар
«И брезжилось что-то страшное. Какой-то запрет, зарок. «Ведь кто сошел с ума, тот уже никому не расскажет, что же он понял», допытывался я в своем уме. «Боже мой, Боже мой! Кто же это постиг? И отчего мне этого постичь нельзя?»
В.В.Розанов «Люди лунного света»
1
Дома меня ждал «сюрприз», в виде повестки в суд на бракоразводный процесс. Жена, моя тихая, терпеливая жена, даже по-настоящему выслушать не захотела, она была просто уверена в том, что я «пропадал» где-то у женщины. И никаких аргументов не воспринимала. Либо криво улыбалась, совсем не свойственной ей улыбкой, которая означала приговор. Сразу я не понял истинной сути этой улыбки, а когда понял, было совсем поздно.
Я вспомнил слова Тины: «Мы останемся совсем одни. Но будем не более одиноки, чем каждый из нас. Но впереди – Свет. И этому подчинено всё. Чувствуешь себя слабым, неготовым к испытаниям на уровне и души и физического тела, – отходи в сторону. И ты станешь обычным рядовым гражданином, семьянином, работником. Но, когда на землю опустятся Вечные Сумерки, ты будешь знать, что одним из виновников этого несчастья являешься ты. Тогда и произойдёт настоящая трагедия, вся суть которой будет заключаться в том, что спасти ты никого уже не сможешь, ни себя, ни своих родных».
Тьма нанесла ответный удар. Она мне не простила пребывания у Тины, прохождения Школы, постижения азов. Она не простила, да и не могла простить разрушения её планов в тот дикий вечер в Астане, когда Зло безраздельно начинало хозяйничать на улицах молодой, ещё духовно не окрепшей столицы. Новый город – сосуд, в который можно поместить всё. Потому Зло так упорно стремилось захватить основное и безраздельно властвовать. Но город пока не захвачен. И нам предстоит его отстаивать.
Я пришел на заседание. Рассказал судье, какой есть негодяй, гуляка и пьяница. Добавил, что «никаких претензий – экономического характера, не имею». Расписался, подтверждая всё вышесказанное…
Нас развели, безо всяких уговоров. Да и кто пожелает красивой женщине, хотя бы номинально, оставаться в женах у этого небритого, немытого, неряшливо одетого… и вообще отвратительного типа.
– Дети со мной согласны, – сказала мне она, когда мы вышли из здания суда. – Они не желают тебя даже видеть. С квартиры съезжай сегодня же. Мы все так решили. Ты должен сегодня же съехать, – повторила она настойчиво. – Возьми самое необходимое сейчас днём, пока дочь на работе.
– Ты же знаешь, что составляет моё самое необходимое – это одежда и книги. Больше мне ничего не надо.
Плыли белые облака над головой, цвели акации, пахло весною. Но в душе у меня царил ад.
– Еще, если позволишь, я заберу компьютер, – вспомнил я. – Тот маленький ноутбук, который мне подарили на день рождения.
– Можешь взять и большой, правда, он плохо работает, – ответила она. – Но доча с зятем купили новый, поэтому нам старый уже не нужен.
Мне в её голосе почудилось недавнее тепло, и я всколыхнулся.
– Скажи мне, ну, просто скажи, кто тебе наплёл всю эту белиберду? Кто тебе сказал про меня все эти гадости?
– Не надо! – остановила она меня резко. – Ничего не надо. Я много лет терпела и терпела, мечтая сохранить семью. Но семьи у нас никогда не было. Так что давай на этом заканчивать. Тебе туда, а мне сюда.
И мы разошлись по разным переулкам.
