Адриан Сиверейн, спасая жизнь пациентки, нарушает интересы такой силы, о существовании которой не подозревал! Вскоре насмешница-судьба отправляет его на остров Од, где обитает потревоженный дух. Молодой мэтр питает слабую надежду разобраться с обрушившимся на него несчастьем, прибегнув к помощи человека по имени Михель Эдгрод — это имя упоминал в письме-вызове градоначальник. Однако Адриан даже не представляет, к чему приведёт новое знакомство!В тексте присутствуют сцены с возрастным ограничением 18+.
Лёгкий ветерок путался в занавесках, но свой долг выполнял исправно. С каждым его порывом в спальню проникали утренняя прохлада, щебет ранних птиц и свежий аромат цветов, растущих на клумбах под окнами.
Первые солнечные лучи нового дня встречали на своём пути ту же преграду, что и ветер. Усердно пробиваясь сквозь неё, они рисовали на стенах и паркете ажурные узоры, повторявшие рисунок кружева. Атмосфера в комнате царила бы поистине волшебная, не испорть её люди.
В столь неурочный час возле постели хозяйки спальни собрались трое мужчин. Законный супруг занимал кресло, придвинутое к кровати и развёрнутое таким образом, что все прелести разгорающегося дня оставались незамеченными. Взгляд господина ди Орзане казался пустым, лицо не выражало эмоций, а поза намекала на расслабленность. Однако только очень невнимательный человек назвал бы состояние молодого мужчины спокойствием, хотя бы потому, что образец и олицетворение этого чувства также находился в спальне.
Сильвэн ла Лэкре, приходившийся дядюшкой господину ди Орзане, стоял неподалёку от младшего родственника и следил за движением минутной стрелки на серебряных карманных часах, которые держал в левой руке. Третий из присутствующих в спальне мужчин так же, как и господин ла Лэкре, испытывал интерес к хронометру. Адриан Сиверейн — именно так звали этого молодого человека — скромно сидел на стуле, но находился ближе всех к госпоже ди Орзане. Он не мог похвастаться тем, что время ему подсказывал механизм, заключённый в корпус из благородного металла, однако выгравированная на крышке монограмма мастера, неизменно вызывала уважение к видавшему виды предмету и доверие к его хозяину. В данный момент хозяин истово желал лишь одного, чтобы после того, как секундная стрелка завершит начатый круг, молодая женщина, лежавшая в беспамятстве, открыла глаза…
Одна… три… девять…
На пятнадцатом незапланированном шаге чудо произошло! Адриан аккуратно закрыл крышку часов и участливым тоном обратился к своей первой пациентке:
— Как вы себя чувствуете?
Лекарю довелось общаться с госпожой ди Орзане, когда та была при памяти и в относительно здравом уме, и он не заметил за ней привычки часто моргать. Растерянность молодой женщины выдал и нервный жест: она положила ладонь на свою грудь, будто желала удостовериться в том, что дышит. Тонкие пальцы почти сразу же нашли кулон, украшавший шею. Светлые брови слегка нахмурились, а губы дёрнулись, но Адриан предвосхитил вопрос подопечной:
— Этот кулон станет вашим оберегом на некоторое время. Когда камень потеряет прозрачность, вы сможете его снять, а до тех пор носите под одеждой. Контакт с кожей очень важен!
Молодой человек держал в уме ещё парочку рекомендаций, но с ними пришлось повременить. Вмешался господин ди Орзане.
— Лили… — прошептал он, накрывая ладонью прохладные пальцы супруги.
За одним коротким словом скрывался целый океан эмоций, порой противоречивых. От него веяло безумным счастьем: любимая жива! В нём чувствовалась надежда, ведь молодому лекарю удалось вернуть пациентку практически с того света. Вдруг недуг отступил навсегда? Оно скрывало облегчение. Кто бы знал, каково это, получать сотни писем с соболезнованиями и десятки — от ритуальных агентств. Получать их и оставлять, понимая, что в любой момент тебе придётся взять в руки перо с тем, чтобы писать ответы на послания из первой категории, и приступить к изучению предложений, относящихся ко второй. Короткое слово скрывало ещё множество чувств, но о них господин ди Орзане решил забыть раз и навсегда.
Адриан проворно встал со стула. Наблюдать за чужим счастьем на поверку оказалось неловко. Молодой человек не стал дожидаться слов благодарности: вряд ли кто-нибудь из четы ди Орзане в такой момент вспомнил бы о них! Остальные советы, способствующие скорейшему выздоровлению пациентки, лекарь решил передать через господина ла Лэкре. Пожалуй, он один мог бы их сейчас запомнить.
Ритуал прощания Адриан тоже опустил. Влюблённым это ни к чему, а с господином ла Лэкре, который по факту являлся его заказчиком, ещё предстоял серьёзный разговор.
Адриану чудилось, будто тело — лишь оболочка, наполненная воздухом, и с минуты на минуту его ноги оторвутся от пола, тогда он отправится в полёт, презрев закон притяжения! Первый успех кружил голову, а сумма, указанная в чеке, так и просила, чтобы её озвучили хоть кому-нибудь!
Молодой человек подошёл к напольному зеркалу в изящной резной раме из дерева. Собственный вид — довольное сверх всякой меры лицо и улыбка, гораздо шире обычной, — немного остудил восторг. Адриан состроил суровую гримасу, покачал головой и заявил отражению:
— Не так должен выглядеть респектабельный молодой лекарь, однако… — он взял паузу секунды на три, но времени хватило, чтобы напускная серьёзность вновь сменилась бесшабашным весельем, — начало практики более чем удачное!
