Потом я посмотрела чуть в сторону и увидела на низкой тумбочке поднос, на котором стояла тарелка с супом, и с какой-то кашей с кусочками мяса и моркови, три кусочка хлеба. Но куда больше меня привлекла прозрачная баночка с рубиново-блестящими ягодами малины в сиропе точно такого же цвета. Я сглотнула, буквально почувствовав во рту вкус этой ягоды, и с трудом удержала себя на месте, потому что очень хотелось спрыгнуть с кушетки, подойти к подносу и схватить вожделенное лакомство.
Командир, не таясь, хмыкнул:
– Можешь не сдерживаться, это всё для тебя.
А больше мне было и не надо – я подскочила к кушетке, взяла банку, крышка на которой предусмотрительно была приоткрыта, ложку и тут же зачерпнула варенья, отправляя его в рот. Как я не застонала в голос, ума не приложу. Вкус был именно таким, каким я себе его представляла – ярким, насыщенным, в меру сладким и чуточку терпким. А аромат? Аромат был такой, что я едва не замурлыкала от удовольствия.
Любовь к сладкому была моей слабостью. Особенно, когда нужно было восстановиться после лечения пациентов. Уж не знаю, почему мой организм выбрал именно этот способ, но кто я такая, чтобы спорить с базовыми потребностями? Вот я и не спорила, лишь всегда покупала шоколад или конфет прозапас. Впрочем, когда собиралась сюда, почему-то упустила это из вида. Хотя не удивительно – после всех пережитых потрясений.
– Вкусно? – когда я отправила в рот уже пятую ложку, подозрительно охрипшим голосом спросил Артур. Посмотрела на него, но лицо мужчины оставалось бесстрастным, только глаза… В них будто бы полыхало пламя.
Не знаю почему, но я почувствовала, что краснею. Щёки вспыхнули жаром, затем этот жар медленно опустился по скулам к шее, после же остановился в области сердца. Ложку я аккуратно пристроила на крышке банки и растянула губы в самой беззаботной улыбке, на которую была способна.
– Давно ничего подобного не ела. Благодарю!
Командир гулко сглотнул и поднялся на ноги, отходя к противоположной стене. Потоптался, стоя ко мне спиной и, обернувшись, спросил:
– Вам стоит поесть не только сладкое, а потом я провожу вас к порталу.
Моя улыбка, которую я старательно удерживала на губах, медленно поблёкла. В груди же зародилось раздражение.
– Вы опять? – выдохнула, поморщившись. – По-моему, я доказала, что приехала сюда не развлекаться, а работать.
– Работу я вашу оценил, – как ни в чём не бывало, отмахнулся он, – и благодарен за спасение Фила, но…
Когда он говорил, я бросила быстрый взгляд на парнишку. Его тоже укрыли одеялом и подоткнули под голову подушку.
Значит, парня зовут Фил. Хорошо. Его лицо было бледноватым, под глазами залегли чёрные тени, но в целом он просто спал. Я сделала всё возможное, чтобы он жил. А сон – лучший помощник в восстановлении.
– Но, – закончила за него я, – несмотря на всё это, вы вновь гоните меня? Считаете это справедливым?
– Считаю это правильным, – бросил весомо и буквально пригвоздил меня взглядом к кушетке.
Не-е-ет, так дело не пойдёт.
Опустила голову и посмотрела на него исподлобья:
– Хотите сказать, что ради собственной блажи готовы пожертвовать жизнями молодых ребят? Так?
Его перекосило, но подбирать слова и щадить чувства этого твердолобого болвана я была не настроена. С какой стати он воротит от меня нос?! Ему прислали хорошего целителя (да, себя я считала хорошим целителем), а он заладил: «Провожу вас к порталу. Провожу к порталу».
Видимо, логика и здравый смысл не его сильные стороны. Но, ничего, зато у меня с ними всё в порядке. По крайне мере, я на это очень надеялась.
И пока он не успел ничего ответить, я принялась рассказывать ему не самые приятные подробности:
– Знаете, что было бы с ним, не окажись меня здесь? – махнула в сторону раненого мальчишки. – Сначала сеть, напитанная чужой магией, медленно проникла в его организм, причиняя невероятную боль. После она перекрыла бы все его магические потоки, так, что у парня не осталось бы сил на регенерацию. Боль бы не утихала, а лишь возрастала, и продолжалась бы около двадцати часов. Как итог – он бы умер. А вам бы пришлось потом рассказывать его родителям, как вы делали всё, для его спасения. И под «всё», я имею ввиду – ни-че-го! Как вам такая версия?
Пока говорила, встала на ноги, и сжала руки в кулаки. Если и эта «картина» не впечатлит его, то я просто не знаю, что делать. И сейчас вопрос уже стоял вовсе не в том, чтобы мне укрыться в этом гарнизоне от семейки Сильвервуд, сейчас я понимала всю плачевность положения местных боевых магов. Ни зелий, ни снадобий, ни квалифицированной помощи… Как они справлялись?
– Считаете, что умнее всех? – обманчиво спокойным голосом произнёс Артур.
Если он надеялся, что я испугаюсь и пойду на попятную, то просчитался.
– На мой ум никто ещё не жаловался, – выплюнула язвительно.
Он усмехнулся:
– Что же вы не блистали своим умом там, в столице? Видимо, не так уж вы и хороши, раз оказались здесь.
Если командир пытался уколоть меня побольнее, то… у него это получилось.
