– Я оставил место Верховного на Шерона и твоего отца – они справятся. Мне не нужны мои земли, если тебя там нет.
Он их покинул, но намекает, что хочет вернуться? Я не хочу… Я не смогу жить так, как привыкли демоны. Страдания ради любви – а я влюблена до сумасшествия, что уж лгать самой себе – не в моих правилах. Разорваться надвое не выйдет. Риддл говорит, что оставил земли, но каково ему будет среди людей?
Пока я вспоминала, как говорить, Риддл резко развернулся и, взяв меня за руку, повел дальше.
– Буду считать, что ты не против.
Я только успевала переставлять ноги, путалась в траве, в полах накидки. Против? Ничуть!
К утру мы добрались до какого-то поселения. Я не помнила, чтобы слышала о нем хоть что-то, и только много позже узнала почему. Его основали демоны, которым надоело жить во тьме. Они огородили свою деревню высоким забором, внутри которого кипела жизнь, не похожая ни на какую другую…
Риддл вел лошадей под уздцы, потому что моя испугалась шума и почти удрала. Я за ночь ходьбы сама готова была удрать куда-нибудь, где найдется мягкая постель – да ладно, любая постель, – но послушно шагала за демоном.
Грохотали колесами телеги, откуда-то доносился стук не менее десятка молотков, звон железа. Стайки ребятишек с хохотом носились друг за другом. Чинно прогуливались девушки в красивых платьях, совсем не подходящих для деревни.
Я во все глаза смотрела на избы необычной высоты: в два уровня, с окнами внизу и наверху. Из верхних окон в одном из домов выглядывала девушка лет семнадцати, веселясь, болтала с парнишкой, стоявшим у крыльца.
Избы прилегали так плотно друг к другу, что с легкостью можно было бы ходить к соседям в гости, просто пройдя по козырьку крыши и спустившись на… Что это?
– Что за площадки вон там, где крыши? – спросила я шепотом, хотя никто кроме Риддла услышать меня не мог.
– Балкон. Ты видела такой в замке.
Я кивнула. Видела, да, у Люсии в комнате. Балкон, значит.
Мы шагали по узкой каменистой улочке, обращая на себя внимание всех, кто нас заметил. Я жалась к Безликому, не понимая, что он-то и вызывал такой интерес. Наверное, в этом поселении не привыкли встречать легионеров.
Чуть дальше строились новые дома. От них еще пахло нагретой солнцем смолой. И свежей выпечкой откуда-то тянуло… Я повертела головой, глянула на распахнутое окно в одном из домов. Там, на кухоньке, пухлая женщина в цветастом переднике перекладывала горячие пирожки с противня в миску, а вихрастый мальчишка лет пяти тряс рукой, явно обжегшись.
– Говорила же – горячие! – проворчала женщина, хлопнув его тряпкой по спине. – Погоди, сядь. Молока налью, и поешь.
Мальчишка недовольно насупился, пробежал мимо окна, собираясь забраться на табурет или лавку, и зацепился взглядом за нечто, стоящее посреди дороги, закутанное во все черное.
– Баб! – заорал он. – Ба, смотри!
– Риддл? – встревоженно позвала я демона. – Нам тут не рады, кажется… Мы их пугаем.
Риддл пропустил мои слова мимо ушей. Привязал лошадей к перилам крыльца и взошел по ступенькам. Я старалась не отставать от него: оставаться на улице одной было еще страшнее!
Женщина, что обещала внуку молока, распахнула дверь и, к моему удивлению, улыбнулась.
– Добро пожаловать в мой дом, Верховный Крайтон.
Она отступила, приглашая его внутрь. Риддл не глядя поймал мою руку и потянул за собой.
– Здравствуй, Ольга.
Женщина под моим ошарашенным взглядом заключила его в объятия. Ее неприкрытая радость была искренней, и внук заинтересовался гостями. Рассматривал нас округлившимися глазами, с разинутым ртом.
Я мялась на пороге, не зная, как себя вести. Риддл, спасибо ему за внимательность, быстро сообразил, что я растеряна, и первым делом представил меня.
– Это Анкари. Анкари, Ольга – моя старая знакомая. Она переселилась сюда лет десять назад.
– Анкари? – Ольга уставилась на меня, и я уже было решила, что и она откуда-то обо мне знает, но она развеяла мою догадку. – Демоница с Огненных земель, не из этих краев?
Я кивнула, но тут же мотнула головой.
– Я целительница из Костиндора. Родилась за завесой, но я не оттуда.
Ольга задумчиво хмыкнула, но больше ничего не стала спрашивать. Пригласила нас к столу, попросила внука пойти поиграть на улице, и тот, сграбастав сразу пять пирожков, довольный умчался. Ему не интересны взрослые разговоры, а вот похвастаться друзьям, что в их доме аж целый Верховный демон гостит, нужно было немедленно. Он выкрикнул это, еще только выйдя на крыльцо.
Я осмотрелась: прихожая сразу переходила в кухню, чистую и уютную. За счет высокого потолка комната казалась просторнее, хотя на самом деле не была такой уж большой. Из мебели только кухонные тумбы, стол у окна, где мы сидели, да диван у лестницы. Все простое, но непривычное – какое-то совсем не деревенское, что ли…
Мне нравилось. Мелькнула мысль, что очень хотелось бы жить в таком доме, где комнаты залиты мягким солнечным светом, в воздухе витает аромат свежеиспеченных пирожков, а не смесь запахов сухих трав и болезней. В нашем с бабушкой доме запах хвори никогда не исчезал.