Столько боли было в этой фразе. Она ошибалась, думая, что он забыл невесту. Аэтель лишь ее заменяла. Наверное, как и другая женщина, что появится в его жизни после. Только замена.
Аэтель стиснула туфли. Зря она пришла. Не нужно было. Возможно, стоило ограничиться небольшой запиской? Но она хотела его увидеть. Как и сказал император, возможно, это их последняя встреча. Она хотела запомнить его. Почувствовать. В последний раз. Девушка уже давно не тешила себя мыслями, что со временем полюбит кого-то другого. Ее сердце уже давно выбрало, лишь она увидела Себастьяна. Аэтель со всей ясностью это понимала. Больше никто не затронет его. И ей хотелось насладиться последними мгновениями с любимым.
— Аэтель Дорика?
Пока она мешкала, к ней приблизился один из стражников, и девушка, растерявшись, пискнула негромкое "да".
— Нам приказано пропустить вас, если вы придете.
Она сделала несколько нерешительных шагов к двери. Остановилась.
— Уже довольно поздно. Он, наверное, спит. Я лучше завтра.
Хотя завтра ее здесь не будет. Она просто боялась.
— Приказ действует только сегодня. Командир Вайерд еще не ложился.
Аэтель лишь кивнула. Неуверенность охватывала ее, она все больше начала сомневаться в своих действиях. А если она не захочет уходить? Просто не сможет?
Или он поймет, что она беременна? Ведь портниха только лишь смерив мерки догадалась. А Бенедикт не раз касался ее. Возможно ли, что он заметит небольшие изменения в ней?
Она медленно приблизилась к двери и, тихонько вдохнув, кивнула стражнику. Он тут же распахнул перед ней дверь, и Аэтель зашла в комнату.
Дверь тихо закрылась за спиной.
Девушка сразу увидела его.
Себастьян и правда не ложился и, похоже, даже не собирался. В комнате горел верхний свет, а мужчина сидел в кресле погруженный в чтение документов в руках.
В тонком светло-сером свитере с круглым горлом, сдвинув рукава к локтям, открывая запястья, Бен сидел перед небольшим столиком с открытой папкой на коленях, закинув ноги в темных джинсах на его угол.
Аэтель словно наяву увидела, как он сидел в широком кресле у камина и читал сказки внукам, устроившихся на его коленях. Нацепив на нос круглые очки, Себастьян старался не прерывать чтение из-за дергавшего его за волосы мальчишки, ведь на второй коленке сидела, внимательно слушая, чуть раскрыв ротик в удивлении, сестренка этого маленького проказника. Волосы мужчины поседели, на лице появились морщины. Но глаза все также ярко сияли, когда он поднимал на нее взгляд.
Девушка прогнала прочь подобные видения. Ни к чему мучить и так болью отзывающееся сердце.
— Аэтель?
Он закрыл папку. Положил ее сверху таких же, сложенных в аккуратную стопку, в углу стола. Поднялся.
— Я думал, мне запрещены контакты.
Она сделала шаг к нему, еще сильнее стискивая туфли, скрывая дрожь в руках. Чувствуя, как сердце зашлось в груди. Он обогнул стол, сделал шаг навстречу, но ближе не приблизился.
— Император сделал сегодня исключение. Как ты себя чувствуешь?
— Лучше, чем неделю назад.
— Да, похоже, — нервно отозвалась она.
— Прекрасно выглядишь.
— Спасибо.
Они не двигались. Стояли и смотрели друг на друга, больше не произнеся и слова. Словно знали, что это последняя встреча. И хотели запомнить образ друг друга, каждую черточку на лице, выражение глаз.
Туфли с глухим стуком упали на пол и в то же мгновение мужчина метнулся к ней. Обхватил ее лицо ладонями, впиваясь в губы. От неожиданности девушка попятилась, уткнулась в дверь спиной. Но даже не заметила этого.
Руки обхватили его за талию, она прижалась к нему, отвечая с таким же напором. Они оторвались друг от друга, когда стало не хватать воздуха. И все равно мужчина тесно прижимался к ней, не желая отстраняться. Пальцы легли на затылок, зарылись в волосах, сбивая прическу. Мужчина нежно поглаживал скулы девушки.
— Зачем ты пришла? — прерывисто прошептал он. Себастьян коснулся ее лба своим, прикрыл глаза. Аэтель положила ладони поверх его кистей, чуть сжала.
— Император Эрг Фот разрешил проведать тебя.
Он криво улыбнулся:
— Ты уже говорила, — заглянул в глаза. — Ты могла не приходить.
— Мне нужно было прийти.
— Почему?
Попрощаться.
Аэтель опустила взгляд. Она не хотела говорить правду. Узнав ее, он начнет злиться. Она не хотела ругаться в последний вечер.
— Хотела увидеть тебя.
Он сжал пальцы, слегка потянув ее за волосы. Но тут же выпустил девушку, уперев руки в дверь за ее спиной.
— Аксён издевается надо мной! — он склонил голову, и девушка не смогла увидеть его лица. Зато теплое дыхание прошлось по ее открытой в вырезе платья груди, когда он с шумом выдохнул воздух из легких.
— Прости, — растерялась она. — Не подумала, что ты не захочешь видеть меня. Не надо было приходить.
— Не уходи. Прошу. — Он поднял голову. — Не уходи.
Аэтель молча смотрела на него. И, принимая ее молчание за сомнения, он сделал шаг назад.
— Прости. Я не имею права держать тебя. Никогда не имел.
Девушка спрятала руки за спину, боясь, что выдаст себя дрожащими пальцами. Прислонилась к двери. Она не знала, как начать разговор.
— Почему ты говоришь, что император издевается? Он часто это делает? Я не понимаю.