Хотела что-то изменить между ними. Но каждый раз что-то случалось. И она отказывалась от своей идеи. Даже в последний раз, когда Аэтель все-таки набравшись храбрости, хотела поговорить с ним. Попытаться объяснить свои чувства, чтобы Бенедикт понял, как тяжело ей смотреть на его заигрывания с другой, терпеть его пренебрежение к ней! и что из этого вышло? В ту ночь он кувыркался с Вираей! И так каждый раз. Что-то происходило и в итоге они опять ругались и переставали разговаривать.
Не она одна виновата в том, что между ними сейчас творилось. А Макс его защищал, не пытаясь даже выслушать!
— Я помню — он тоже человек?! — с издевкой в голосе произнесла она, обхватила себя руками. — И у него есть слабости? Например, в виде милой брюнеточки?
— Вирая здесь ни при чем. Не приплетай ребенка.
— Это она-то ребенок? — почти рассмеялась она. — Этот ребенок меня опоил и подложил под Бена. — Лучший способ защиты — нападение? — К тому же, кажется, она многим сведуща в подобных делах. В любом случае, опыта у нее значительно больше моего. Так что я не понимаю, как можно относиться к ней, как к невинному ребенку?!
— Ревнуешь?
Аэтель хотела огрызнуться лишь услышав этот вопрос. Но сдержалась. Она не понимала человека, сидевшего в кресле, его эмоций. Не понимала к чему вообще этот разговор. И не стала рисковать с резким ответом. Возможно, из него выйдет невольный союзник? Если ему не нравится такое положение дел, то Освин может вмешаться, отправив ее подальше отсюда. Скоро она не сможет скрывать свою беременность. И к этому моменту нужно придумать выход. Поэтому Аэтель сдержалась — не стоило заводить себе врага. Вместо этого она присела на край кровати и тихонько вздохнула. Девушка чувствовала, как весь запал исчез, оставив после себя усталость. Ей захотелось высказаться. Хоть кому-то. И она негромко признала:
— Ревную. Не смогу я делить его с кем-то! Иначе просто возненавижу.
— Все настолько серьезно? — как бы сам себя спросил он. И замолчал явно что-то обдумывая.
Похоже, он и не злился. И девушка решила воспользоваться случаем и извиниться за прошлый раз.
— Макс, помнишь… — она запнулась, не решаясь напоминать о сестре. Но чувствовала, что должна извиниться сейчас. — В тот раз в дилижансе я накричала на тебя. Ты заговорил о тетушке, и я вспылила. Извини. Мне не следовало говорить гадости. Даже если б не узнала о том, что случилось с твоей сестрой, мне не следовало так говорить. Извини.
— Велена… — протянул он. Хмыкнул. — Это произошло уже три года назад. Все в порядке.
Но девушка не согласилась:
— Какая разница три года или три месяца?! Потерять родных это тяжело и очень больно. И это не в "порядке". Эту боль ты несешь в себе, она все равно время от времени дает о себе знать!
— Хочешь пожалеть меня?
— Я тоже знаю, что такое боль утраты. Почему я не могу сопереживать тебе?
— Потому что мне это не нужно. — Мужчина сменил положение в кресле, уперев руку на подлокотник и положив на ладонь голову. Он с непонятным интересом смотрел на нее. — Но ты можешь пожалеть Бена.
— По-почему?
Аэтель услышала его усмешку из темноты.
— Он не рассказал… Так и думал.
И замолчал. Девушка чувствовала, что мужчина смотрит на нее, изучает. Для чего он все это говорит? Киневард тоже потерял кого-то близкого? И в памяти вспомнились слова, что Бен произносил в бреду. Возможно ли, что Освин говорил об этом?
— Что случилось с ним? — не выдержав спросила она, так и не дождавшись хоть каких-то пояснений от Макса.
— Я потерял сестру, он — невесту. — И после паузы добавил. — Ты похожа на нее. И в то же время, вы такие разные…
Похожи?
Аэтель отвернулась от Макса, не желая, чтобы он читал ее.
Дорика сжала покрывало в кулак. У Бена была невеста. Насколько сильно он ее любил? Ведь ее он звал в бреду. Свою невесту целовал в тот день с таким отчаянием, не желая выпускать из рук. Ее боялся потерять вновь. Он все еще страдает от ее потери? Возможно ли, что лишь сходство с умершей женщиной, связывает их?
Тогда Бенедикт никогда не ответит на ее чувства взаимностью? И все что было между ними лишь отголоски былой любви.
— Расскажи мне. — Голос не слушался, и из горла донесся лишь шепот. Она посмотрела на мужчину. — Пожалуйста. Я хочу знать, что случилось.
Макс откинулся в кресле, сцепил пальцы в замок перед собой.
— Мы были в одной группе, — он заговорил не громко, ровно. — Держали периметр под наблюдением. Но встреча пошла не так, как планировалось. Она оказалась в центре столкновения. Бен не успел. Ее застрелили у него на глазах.
— Это ужасно, — прошептала девушка.
— Он был ранен и потерял сознание, не добежав.
— Плечо? — вспомнила она. Неужели работа во дворце столь опасна? Сколько же недругов у короля Ольгерда?
— Да. Не считая нескольких царапин. — И добавил после паузы, — ее последними словами было: "Не дай ему сломаться." Как оказалось, Велена понимала его лучше меня.
— Невеста Велена?
В памяти всплыли слова Бенедикта, когда он рассказывал про сестру Освина. Не успел ничего сделать. Его сестру убили у него на глазах.
