Целительное воздействие полностью

К названным определенным медикаментам можно приравнять «яды настроения», которые нам еще предстоит обсудить: психогенные аутотоксины, выступающие в качестве физиологического компонента сильных негативных аффектов и влияющие на жидкости организма (кровь, лимфу). Эта конденсация «поддерживающего возбуждения» (Шарль Бодоан; род. 1893), возможно, служит достаточным объяснением того, что иногда возникает телепатическая связь с людьми, которые данному человеку отнюдь не являются близкими (расширение диапазона волн). Самый сильный яд порождается ненавистью, и поэтому, если вернуться к вышеупомянутому случаю с массажисткой из Баден-Бадена, дело не в только том, что она была способна телепатически активно влиять на ненавистную пациентку из санатория, а наоборот, это испуганное создание телепатически пассивно чуяло ее неслышное и незаметное приближение и появление. Ненависть массажистки соединилась с ревностью[234], которая, впрочем, является сильным резонатором для «вчувствования» в другого человека.

Доктор медицины Август Виммер (род. 1872), профессор психиатрии в университете г. Копенгаген и главный врач тамошней психиатрической и неврологической клиники, в качестве иллюстрации приводит типичный случай: «Так, например, одна незамужняя женщина, страдавшая старческим слабоумием, могла чувствовать, а именно в виде сексуальных ощущений, когда сестра и деверь (к которому, по-видимому, она питала теплые чувства) вступали друг с другом в интимные отношения»[235].

До этого Виммер рассказал о 26-летнем пациенте из своего отделения:

«Бросается в глаза (также) патологически усилившаяся, как в Средние века, способность пациента “вчувствоваться”[236]: способность “принимать” в себя других людей и чувствовать их болезни и движения, их сердцебиение и мочеиспускание, их сексуальные побуждения».

Поскольку здесь не было ревности, способность “вчувствоваться” не ограничивалась интимной сферой, как у той больной, страдающей старческим слабоумием, и не концентрировалась на двух определенных индивидах, а была всеобъемлющей и всеобщей, а потому Виммер был вынужден признать: «Это, однако, одержимость самой чистой воды!»

Если здоровому человеку присуща такая редкостная способность к “вчувствованию” и, кроме того, он обладает достаточными анатомическими знаниями, то ему по силам ставить исключительно точные диагнозы. О такой «пассивно-мантической» телепатии сообщил инженер Деметер Георгиевич-Вейцер (Сурия; 1873-1949), «безупречный во всем человек» (Зеботтендорф), в письме от 22 августа 1944 г. из Граца нашему общему знакомому, дантисту и целителю Эрнсту Буссе (род. 1893). Речь шла о госпоже Кете Гюндль (род. 1881) из Вены, которая занималась диагностикой и которую в 1941 г. Сурия консультировал по поводу болезни ушей:

«Эта женщина обладает даром за несколько минут ставить удивительные диагнозы. С этой целью она молча садится напротив пациента и посылает ему “определенные психические волны”. Они частично отражаются, и по этим отраженным волнам она знает, чего недостает больному…

Между тем в клиниках Венского университета госпожу Г. на протяжении четырех недель строго экзаменовали, действительно ли она может ставить такие точные диагнозы до сих пор неизвестными науке способами. Вердикт профессоров был таков: “Госпожа Кете Гюндль, несомненно, обладает необычайными диагностическими способностями; но поскольку они не поддаются научному объяснению, ей следует запретить практиковать в дальнейшем”. Госпожа Г. занималась врачеванием 30 лет!»

В злополучном 1944 году в «Тысячелетнем рейхе», фюрером которого был одержимый (достаточно взглянуть на его вялое, отсутствующее лицо на фронтовых снимках 1914-1918 г.г.), боялись людей, способных ставить диагноз с помощью «аутогенного радиолокатора». Теперь[237], надо надеяться, близкий к своему завершению труд диагноста, до сих пор признанного лишь частными институтами, найдет удовлетворительное научное объяснение.

«Активно-магическим» дополнением того же порядка к «пассивно-мантической» телепатии госпожи Гюндль можно считать работу американского доктора Ньютона (ум. 1895), который в 1876 г. в новогодний праздник сумел, находясь в Сан-Франциско, вызвать «целебное сотрясение» у пребывавшего в Техасе доктора медицины Франца Гартмана, излечив его от мокнущего лишая, «которым тот тяготился на протяжении 36 лет»[238].