– Желающим того же, я с удовольствием оторву уши, если ты позволишь. И не только уши...
Кажется, я покраснела. Эльфы, видимо, все-таки расслышали. ЧТО говорил тарухан. По крайней мере, симпатичные острые ушки начали стремительно наливаться нежно-розовым цветом.
– Кхм-кхм... – Раздался из-за спины голос Аверана. – Не знаю, что тут происходит, но я с вами!
И всунул мне в руки свою рубашку! Хартад окаменел, на скулах заиграли желваки, а на плечах – мускулы. Из-за двери осторожно выглянула тетушка Ния с подносом.
Блямс! Что бы там ни было, оно явно разбилось нафиг, а ароллка застыла в дверном проеме соляным столбом. Над плечом женщины появилась лысая голова ее мужа. Аролл обвел взглядом парад идиотизма в стиле ню, хмыкнул и резко вдернул жену внутрь.
Дверь захлопнулась, и в доме раздался приглушенный толстыми стенами шум. Мдямс... Видимо, муж у тетушки Нин тот еще ревнивец. Хотя... Я бы, наверное, на его месте тоже... хм... поволновалась. Лишь бы не дошло до: «Молилась ли ты на ночь...».
– Таш. а все-таки, если не секрет, зачем тебе рубашки?
Вопрос архана вывел меня из состояния ступора, и я огляделась. Огляделась, прониклась, впечатлилась и... сползла по Хартаду на землю.
Вернее сползла бы, не поддержи тарухан мою вздрагивающую от беззвучного истерического хохота тушку в вертикальном положении.
– Ташка, блин!!! На фига ты их всех раздела?!! – Раздался возмущенный вопль Альки почти над ухом.
– Ох! – Беззвучный смех сменился полновесным гоготом в голос. – Ик! А-аль, н-не завид-дуй! Ха-ха! О-о-они са-а-ами!....
– Так я тебе и поверила!
– Что здесь происходит?! – Хором возмутились подошедшие Варук и Дирнут.
Причем оба смотрели почему-то исключительно на меня!
Не поняла?!! Сговорились они что ли?!
– Так ты ответишь? – Нахмурился орк. – Или для этого нужно рубашку тебе отдать?
Я отрицательно замотала головой, не в силах говорить от смеха, и спрятала лицо на груди у своего тарухана. Любимый не возражал. Более того, привычным движением подхватив меня, он тихо, но как-то очень убедительно попросил эльфов одеться. Забрал у меня рубашку архана и вернул владельцу. В двух словах объяснил особо непонятливым что к чему и вежливо постучал в дверь.
В доме воцарилась тишина. Если до этого слышался звон, грохот и неразборчивые вопли, то сейчас все это стихло. Хартад постучал еще раз. Секунд через десять дверь приоткрылась, и на пороге нарисовался старший сын тетушки Нии.
– Что угодно господам? – Вежливо заикаясь, проблеял парень.
– Хм... Мы хотели бы расплатиться и извиниться за причиненные неудобства.
– Ой, да какие неудобства! – Протиснулась между сыночком и косяком улыбающаяся ароллка. – Мы так рады...
– Счаз! – Из дома высунулась волосатая ручища и. ухватив женщину, за плечо, втянула внутрь. – Инкуба тебе мало было? Ты решила...
Гулкий бас аролла затих в глубине дома. Паренек нервно дернулся, сглотнул и криво улыбнулся.
–Э...
– Этого хватит? – Аверан протянул пацану с десяток овальных серебристо-синих монеток.
Тот посмотрел на них. сдавленно крякнул, ловко сгреб деньги с широкой ладони архана и расплылся в абсолютно счастливой улыбке.
– Мы всегда рады Вам. господа!
Хм... Интересно, а его папа того же мнения?
От размышлений меня отвлек архан.
– Я вообще-то попрощаться подошел. Вы хоть и разобрались с верксами, но проверить не осталось ли в лесу парочки-другой все же стоит. Да и деньги у ларана забрать не помешает.
– Аверан, спасибо тебе огромное – Расставаться с ним было на удивление жалко. И грустно...
– Не стоит благодарности. – Ухмыльнулся архан. – Я так не смеялся Небо знает сколько лет, да и с верксами вы помогли. Разбирались вы. а деньги получать мне! Надеюсь, мы еще не раз увидимся. Удачи Вам.
Пока мужчины расшаркивались, я чмокнула любимого в щеку и попыталась выкрутиться из ласковых объятий. Угу... С таким же успехом можно бетонную стену плюшевым мишкой ковырять. В ответ на мой недоумевающий взгляд Хартад нахмурился и отрицательно покачал головой.
– Слышала, что аролл жене сказал? Где-то поблизости может быть инкуб.
– И что? – Не поняла я. – Тем более Ирвин ушел уже давно.
Глаза моего обожаемого принца приобрели какое-то странное, больное что ли. выражение.
– И что?
– Солнце мое, а ты не еврей случайно? – Озадаченно рассматривая побледневшее лицо, протянула я задумчиво.
– Кто?
– Точно еврей. – Констатировала, искоса посматривая на Аверана. что-то в полголоса втолковывающего Варуку. – Только они вопросом на вопрос отвечают. На фига тебе Ирвин?
– Он инкуб. – Скрипя зубами, выдало мое зеленоглазое чудушко.
– И?
Хартад рассматривал меня так внимательно, будто рассчитывал увидеть что-то эндакое. Рентген блин! Чувствуя, что медленно, но верно начинаю закипать, я вздохнула.
– Слушай, ты прямо можешь сказать, в чем дело? Сначала Аверан допытывался, понравился ли мне Ирвин, чуть мозг не вынес, теперь вот ты!
– Ты действительно не понимаешь?
– Действительно.
– Таша, скажи, Ирвин тебе все-таки... очень понравился?
