Еще и Шаксус-Джер – создание Ашмара, Духа Жизни! С таким же успехом, можно отправиться охотиться на юрао, обвязавшись свежим кровоточащим мясом и прихватив в качестве оружия коровий хвост!
Непримиримая вражда между Ашмаром и Унарром была известна слишком хорошо, чтобы сомневаться в ее неизбежном возрождении, после того, как Ашмар благодаря несносной Хранительнице Нашкара очнулся от многовекового сна.
Каргах Матгур!!! Как бы скрыть от Духа Смерти, что цель их путешествия через его земли – спасение как раз той самой Хранительницы, что пробудила давнего врага... Кирнах зармалад хирд!!!
Не слишком-то это реально, тем более что Унарр на данный момент самый могущественный дух на Шайдаре, так как он единственный и не засыпал, и вел вполне активный образ жизни, как ни странно это звучит, в то время как остальные канули в лету из-за недостатка магии в мире. А уж здесь его власть поистине безгранична.
Что именно происходило с неугодными Духу Смерти в его землях неизвестно, так как никто из них еще ни разу не вернулся отсюда, чтобы поделиться впечатлениями. А сгинули в Обсидиановых Озерах многие, и среди них было немало достойных воинов.
Впрочем, были и такие, кто прошел сквозь Ожерелье. Но эти счастливцы впоследствии лишь разводили руками, утверждая, что ничего опасного попросту не встречали. Зато описывали в подробностях непередаваемую прелесть глянцево-черных, идеально круглых как бусины озер, больше по размеру подходящих под названия «пруды». Говорили, что вода их даже в горсти остается непроницаемо-черной, хотя ее при этом можно пить без вреда. Более того, она по слухам, обладала способностью затягивать раны и. даже, излечивать врожденные уродства. Именно по этой причине сюда и шли, несмотря на недобрую славу.
Дирнут пристально следил за окружающим пространством в смутной надежде заметить надвигающуюся угрозу если не раньше остальных, то хотя бы достаточно быстро, чтобы успеть что-то предпринять для спасения сына и, по возможности Габриэля. Насчет эльфа и орка, он не слишком переживал.
Без Варука оркские орды не представляют для горного Харрута серьезной опасности, а из-за гибели Сератаниралиэля Повелитель эльфов не будет развязывать войну. Хотя эта информация не афишировалась. Дирнут был хорошо осведомлен о его отношении к сыну.
Сконцентрировав внимание на пейзаже, тарухан не обратил внимания на тот факт, что все почему-то все больше и больше отстает от искателей. Идти становилось все тяжелей. Почва под ногами медленно, но верно превращалась в болото. Выше и гуще становилась серебристо-белая с угольной кромкой трава, превращаясь из низкорослой мягкой поросли в жесткую осоку. Воздух будто загустел, наполнился влажными гнилостными испарениями. На землю опустилась гнетущая тяжелая тишина...
– Хартад? – Через некоторое время вопросительно и встревоженно окликнул тарухана Варук. – Кажется. Дирнут куда-то пропал.
Хартад молниеносно развернулся и. моментально убедившись в правоте орка, ни слова не говоря бросился бежать, ориентируясь на собственные следы почти незаметные в мягкой упругой траве. Искатели, не сговариваясь, последовали за ним, на ходу вынимая оружие из ножен.
Все пятеро, включая Шаксус-Джера. были отличными бегунами, и только это спасло Правителя Харрута от верной гибели. И хотя Дирнут по праву носил звание первого меча Харрута, это ему не помогло бы. Ни титул, ни воинская доблесть не защитят от недовольства Унарра, духа самой смерти...
Хартад скорее почувствовал, чем увидел присутствие отца, когда его взгляд упал на крохотный пятачок земли, густо заросший высокой, в рост человека, осокой. Самое удивительное, что искатели проходили здесь меньше пяти минут назад, но тогда ничего подобного тут не было.
Жесткая осока настолько отличалась от устилающего землю серебристого мягкого ковра чуть ли не газонной стелющейся травки, что друзья, даже не переглянувшись, бросились к странному участку. Окружив этот крохотный, не больше телячьей шкуры, кусок земли, они осторожно раздвинули сочные стебли, держа наготове мечи и кинжалы.
В напряженные лица ударила волна тошнотворно гнилостного воздуха, но не это заставило каждого вздрогнуть. За плотной стеной серебристоугольной осоки, словно вырванный из другой реальности, скрывался участок мутно-черной вязкой жижи, над которой едва ли на пару сантиметров поднималось запрокинутое лицо Правителя.
Не медля ни секунды. Хартад сунул руку в студенистую массу и, ухватив отца за скользкие слипшиеся волосы, потянул. Трясина отдавала свою жертву неохотно. Мучительно медленно над ее поверхностью появились плечи Дирнута, в которые тут же мертвой хваткой вцепились Варук и Габриэль. Серт с родовым кинжалом в руке, пока искатели общими. усилиями вытаскивали Дирнута из топи, стоял рядом, готовый прикрыть их от любой неожиданной пакости. Ну. или почти от любой.
