Боль предательства. Измена мужа. Это то, что мне пришлось испытать на своей шкуре. Вот только знали ли мои обидчики, каковой будет "цена за измену"? Думаю – нет…Лучшая подруга… Ее смех в нашей с мужем спальне? Делаю несколько шагов вперёд. Толкаю дверь… И меня будто молнией прошибает от макушки до пят. Картина выбивает воздух из легких. Так больно, что невозможно дышать. Они голые. Обнимаются, целуются лежа на нашем раскладном диване. – Ася! – муж подскакивает и пытается прикрыться, – а… ты… почему так рано? Черт! – Хотела сделать сюрприз, – отвечаю подавленно, сжимая в кулаке тест на беременность с двумя красными полосками.Содержит нецензурную брань.
– А кто у нас тут такой маленький, хорошенький?!
Голос мужа, доносящийся из гостиной, застал меня в дверях врасплох. Я замерла.
В голове прокручивается мысль одна за одной, а в груди начинает пульсировать ком тревожного предчувствия – того, что мне вряд ли понравится.
Тихо прикрываю входную дверь.
Горы разбросанной обуви – это не про моего Вадима. Он аккуратист до мозга костей и еще ни разу, за семь лет нашей жизни в браке, я не помню, чтобы на проходе валялась обувь.
– А мой пупсик сегодня не пойдет на работу?
Снова доносится игривый голос мужа до моих ушей.
– Вадя, а-ха-ха, Вадя прекрати, мне щекотно!
Звонко. Громко. Звучит смех Алисы и меня словно молния бьет в макушку. Пронизывая позвоночник одним точным, сокрушительным ударом. В голове наконец-то начинает складываться картинка.
Алиса, моя лучшая подруга. Неотъемлемая часть нашей семьи. Алиса как сестра мне: и в беде, и в радостях мы всегда со вместе. Всегда успокоит. Всегда поможет. Всегда поддержит. Но почему она здесь сейчас, когда меня нет дома?
Может она помогала Вадику? Я ее просила приглядывать за ним, но не переусердствовать с этим. Подружка была на шестом месяце беременности, собиралась воспитывать ребенка одна, без мужа.. Ей тридцать три и на вопросы, касающиеся отца ребенка, отвечала всегда коротко, строго:
– Ась, ну что ты как маленькая? Зачем мне мужик нужен? Мне нужен ребенок, а мужиков я содержать не собираюсь, а они… вряд ли потянут меня и смогут удовлетворить мои запросы.
У Алисы был небольшой, но прибыльный бизнес. Муж у Алисы погиб, как раз в тот момент, когда бизнес пошел в гору. И теперь Лиска была завидной невестой, богатой вдовой, только до недавнего времени бездетной.
– Лис, а на УЗИ точно верно определили пол? Будет мальчик?
Голос мужа становится вкрадчивым, заискивающим.
Я делаю несколько тихих шагов и оказываюсь прямо в дверях гостиной.
Боже! Будто удар под дых выбивает из легких весь воздух. Я подношу руку ко рту, чтобы сдержать эмоции от того, что увидела.
Вадик с Лиской лежат на нашем раскладном диване, застеленным нашими простынями.
У Вадика в руках перо павлина,
Муж водит его кончиком по выпирающему животу подруги, и смотрит на нее при этом, так, как никогда не смотрел на меня. Он влюблен. А подруга, прикрыв веки, перебирает пальцами его каштановые волосы, томно улыбается.
– Что тут происходит?
Тупее вопроса я не могла придумать. Но и стоять больше молча тоже не могла. Не было сил. Меня всю трясло. Меня разрывало от гнева. Что же это получается?! Алиса беременна от от моего Вадика?
Парочка мгновенно подбирается. Алиска растерянно хлопает глазами. Вадик же не растерявшись накидывает на нее покрывало, а сам встает, обматываясь простынью.
– Ася, ты чего так рано?
Его голос ровный, холодный. Вадик такой спокойный, как будто я застала их с Алиской не в постели, а за игрой в шашки.
– Действительно рано, – срывающимся голосом отвечаю я, не сводя глаз с Алисы.
– Ась, – подруга тянет к подбородку простынь.
– Как ты могла?
Бросаю на нее укоризненный взгляд.
Уже через секунду наш зрительный контакт прерывает обнаженный торс Вадика.
– Ась, пойдем. Надо поговорить, – муж бережно и очень аккуратно подталкивает меня в сторону кухни.
У меня внутри все горит от ярости и я чувствую себя драконом. Пасть только нужно открыть, чтобы оттуда вырвался огонь.
Только вот внешне это никак не проявляется. Я очень холодна, что меня саму от себя морозит. Каждый волосок на теле наэлектризован и вздыблен, как иголки у ежика.
Напряжение, повисшее в воздухе, выходит за грани моего понимания. Когда мы оказываемся на кухне, муж закрывает плотно дверь и поворачивается ко мне лицом.
– Ась, я не хотел чтобы так получилось…
– Как так?
Смотрю на мужа. Пытаясь разглядеть в его глазах чувства вины, сожаления, но… черт возьми! Их там нет. Это меня обескураживает.
Значит, эта его измена – не интрижка и не случайность, а вполне себе осознанный шаг,?
– Чтобы ты вот так все узнала. Я хотел тебе сказать…
– Когда, Вадь?
Меня всю рвет изнутри. Каждая клеточка, каждый нервный волосок, надрываясь, лопается, принося мне мучительно медленно неимоверную боль. Но почему-то внешне это не проявляется. Меня словно переклинило. Все эмоции и чувства сошли на нет.
– Не знаю? Но точно не сейчас, – повторяется, делает шаг ко мне, я же отступаю.
– Как давно ты с ней мутишь? Как давно она тебя к себе уложила в постель?
Спрашиваю скупо, без эмоций, глядя сквозь мужа на дверь.
– Недавно…
– Давно, – одновременно с мужем звучит голос подруги.
