Взяв из кладовки ведерко с тряпкой и средство для поверхностей, я побрела в библиотеку. Наверное, единственное место, которое нравилось мне в этом доме. Она была меньше, чем домашняя библиотека отца – он собирал целые коллекции редких изданий, – но зато так грамотно отделана в викторианском стиле, что создавалось ощущение другой эпохи. Здесь повсюду витал какой-то особый запах старых книг, лака и засушенных цветов, а вся мебель была из резного дерева, и я не удивлюсь, если большая часть являлась антиквариатом.
Проводя время в этой библиотеке, я ловила себя на ощущении покоя. Как будто была отрезана от остального мира и не знала никаких проблем. Поначалу, приходя сюда, я делала вид, будто убираюсь, только потом шла в проем между стеллажами, где устраивалась с книжкой прямой на полу. Но не так давно набралась наглости и даже перестала пыль вытирать. Стащила пуф с большого стула у единственного здесь стола и могла часами сидеть в слепой зоне за чтением.
Я выбирала пока одну и ту же – толстенную энциклопедию архитектуры. Историю с самых первых строений и до наших дней. На самом деле, очень увлекательно, поэтому я дошла почти до середины книги.
Наверняка охрана догадывалась, что я здесь бездельничаю, но никто ни разу не попытался нарушить мое уединение. Хотя стоит признаться – после пожара я ожидала совершенно другого… Думала, меня теперь будут контролировать сутками, нагрузят работой до предела, но все складывалось совершенно иначе! Возможно, в первую очередь потому, что Шура больше не контролировала мою занятость. Теперь я слушалась только Миру, которая просто не умела нагружать людей. И хотя внутри оставалась настороженность, мое времяпровождение в этом доме приобрело значительные послабления.
Я просидела в библиотеке весь оставшийся день. Правда, все же сходила занялась стиркой, но потом опять вернулась и продолжила чтение. Часы пролетели незаметно. Наверное, так я пыталась убежать от переживаний, которые спровоцировал откровенный разговор с Мирой. Который разбередил, то, что я старалась не трогать. Блин, хоть бы Астахов ничего не слышал… Но этот его взгляд!
В общем, лишь когда я начала зевать, поняла, что уже давно стемнело.
Положив книгу на место, я ушла из библиотеки, думая о том, что перед сном стоит поесть, а заодно проведать Миру. Днем я не нашла ее на кухне, и комната была закрыта. Но сейчас мы все же пересеклись. И я чуть не споткнулась о порог кухни, поймав кухарку взглядом…
Одетая в приталенное голубое платье с длинными рукавами, с распущенными волосами и накрашенная – Мира танцевала возле стола, удерживая в руках свой планшет. Она без стеснения подпевала популярной песне в клипе, который крутился на экране. А еще была пьяная в хлам…
Только этого, блин, не хватало.
– Приве-е-ет, моя хорошая! – радостно протянула Мира, внезапно заметив меня.
Она поставила планшет и, неуклюже передвигаясь на туфлях с толстыми каблучками, поспешила ко мне. Я в этот момент покосилась на стол, где стояла почти на четверть опустошенная бутылка с янтарной жидкостью. Даже стакана рядом не было.
– Давай потанцуем? – восторженно предложила кухарка, беря меня за руки.
Криво улыбнувшись, я неуверенно последовала за ней и осторожно спросила:
– Мирочка… А ты чего? Ты решила себе праздник устроить, да?
– Да! Да! – почти пропела она. – Сегодня у меня праздник! Я сама праздник! Смотри, какая я нарядная… Тебе нравится?
Бегло оглядев Миру, которая эффектно развела полы платья в стороны, я энергично закивала.
– Ага… классно.
– Слушай, а давай выпьем?.. – Возбужденная этой идеей, она круто развернулась и зашагала к шкафам, видимо, чтобы взять стаканы. – Правда горьковато… но у меня есть сок!
Кухарка едва не упала с этими стаканами, пока шла к столу, а поставив их, весело захлопала в ладоши. Конечно, в компании пить лучше, чем одной. Но только она взялась за бутылку, как я возразила:
– Да нет, дорогая, не нужно!
Мира неловко оглянулась и уставилась на меня стеклянными глазами.
– Почему?.. – растерянно спросила она. Но не успела я ответить, как кухарка заныла: – Эльзочка, ну пожа-а-алуйста! Пожа-а-алуйста!..
– Я правда не могу, Мир… – виновато отказала я, закусив губу. Понимала, что ей очень нужно это участие, но я с трудом выносила даже запах спиртного. Он неизбежно ассоциировался у меня с мамой, которая временами непомерно злоупотребляла вином и в этот период становилась не совсем адекватной. Да и вообще, причин воздержаться имелось достаточно, поэтому я солгала: – У меня это… аллергия на алкоголь!
Мира жалобно выпятила губу.
– Блин… Как жалко. Ну значит, я буду пить одна! В гордом одиночестве… – вздохнула она, придвинув стакан и неаккуратно плеснув в него коньяк. – Как и всегда.
– Ты не будешь одна! – возразила я, участливо коснувшись ее плеча. – Я попью сок и посижу с тобой.
Посмотрев на меня, кухарка блаженно улыбнулась.
– Спасибо… Ты настоящий друг!
В следующий момент она залпом осушила стакан, а я даже среагировать не успела.
– Эй, тебе же плохо будет! – беспокойно выпалила я.
Мира, давясь кашлем, только рукой махнула.
