– Так, ну все… нужно есть и идти заниматься делами! – воскликнула я, отпустив ее руку и с энтузиазмом осмотрев аппетитные блюда. – Знаешь, я ужасно проголодалась.
Мира встрепенулась вместе со мной.
– Конечно-конечно, давай кушай! Заговорила я тебя…
Она спешно поднялась из-за стола, задвинула стул и ушла убирать кухонный островок. А я незаметно вздохнула. Аппетита по-прежнему не было, поэтому я буквально затолкала в себя ризотто и немного поклевала из других тарелок. Только фруктовый чай выпила с удовольствием. Затем без задержек поднялась из-за стола, чтобы унести посуду. Меня не отпускало навязчивое желание занять руки. Хоть как-то убежать от нервного напряжения.
– Спасибо, как всегда, очень вкусно! – поблагодарила я Миру, которая только что вернулась на кухню с кипой кухонных полотенец.
Однако на мою вежливость она не повелась и нахмурилась, когда я принялась возле раковины счищать из тарелок остатки еды.
– У-у, что-то ты совсем плохо поела.
– Просто ты мне много положила, – легко выкрутилась я, упрямо отгоняя мысль, которая уже не в первый раз всплыла в сознании. Что вовсе не стресс влияет на мой аппетит, а кое-что другое. – Да и ризотто было очень сытным…
– Ну ладно, – обронила кухарка, забирая у меня посуду, чтобы составить ее в посудомойку.
Задумчиво посмотрев на нее, я помедлила и предупредила:
– Я подумала пройтись по комнатам на первом этаже. Если, конечно, тебе не нужна помощь…
– Да нет, я справлюсь! – отмахнулась она. – Скорее, тебе нужна будет помощь внизу – там работы хватает.
Закрыв посудомойку, Мира заметила мой настырный загадочный взгляд.
– Знаешь, мне кажется, Олег будет очень рад, если однажды ты сама принесешь ему поесть, – серьезно сказала я без вступлений.
Она растерянно застыла и смяла в руках полотенце.
– Думаешь? Но Эльза, я же его так задела… – с грустью заметила кухарка.
– Поверь мне на слово. Несмотря на обиды, его брутальное сердце все еще принадлежит тебе.
Раздавшиеся шаги в коридоре заставили нас обеих устремить взгляд на дверь. Через пару секунд на кухню вплыла пасмурная Шура, которая мгновенно сделала атмосферу крайне неуютной. Как по команде, мы с Мирой разошлись в разные стороны – она вернулась к полотенцам, а я зашагала мимо стола в направлении двери.
Пересечение с мегерой было коротким, но эффектным. Она – скривила губы, царапнув меня высокомерным, ледяным взглядом, я – едва не поморщилась от запаха ее духов. Никогда не замечала, что у Шуры такой приторный цветочный аромат. Аж нос захотелось зажать, так он въелся в ноздри.
Следуя по коридору в направлении лестницы, я неизбежно сосредоточила взгляд на дальней его части. Там, в одной из комнат лежал мой раненый дружок, которого мне было очень-очень жаль. По-хорошему, это я должна была носить ему обеды, заботиться, чтобы на подносе хватало хлебушка, и вообще, чтобы ему всего хватало.
Виновато уставившись себе под ноги, я хладнокровно свернула на лестницу, смирившись с тем, что так будет лучше. Однако едва спустилась на две ступени, как мое внимание привлек шум на первом этаже, который мгновенно пригвоздил меня к месту. Потому что через парадную дверь, снимая на ходу черные кожаные перчатки, только что вошел хозяин дома в компании солидных мужчин…
Сердце подскочило к горлу. Ноги трусливо затряслись, а взгляд лихорадочно забегал по сторонам. Я не знала, увидел ли меня Вадим. Я не знала, что делаю, просто поддалась инстинкту – задним ходом вернулась на второй этаж и как ни в чем не бывало продолжила идти прямо по коридору, глядя ровно перед собой.
«Почему бы не пройтись сначала по комнатам второго этажа?» – истерично подумала я, толкая первую попавшуюся дверь, которая оказалась не заперта. Спешно закрыв ее, я прислонилась плечом к косяку, дыша так часто, будто пробежала марафон. Но дыхание резко оборвалось, когда я краем глаза заметила движение и разглядела возле окна просторной спальни забинтованного Олега.
– Твою мать… – вырвалось у меня от неожиданности.
Глядя на меня с прищуром, он выпустил сигаретный дым на улицу и через кашель выдал:
– И тебе привет, малявка.
Грудь с густой порослью волос корсетом стягивал какой-то широкий жгут, многочисленные ссадины, обработанные зеленкой, виднелись на шее, лице и предплечье правой руки, а левая была в гипсе от пальцев до плеча.
– Господи, – выдохнула я вполголоса, застыв, будто парализованная.
Олег затушил сигарету о какой-то картон на подоконнике и качнул головой.
– Ладно, хорош таращиться. Но мой тебе совет, Котя, – не падай с лестницы, – иронично заметил он.
Совершенно не поняв шутки, я растерянно уставилась на него, а в следующий момент внезапно расплакалась. Прямо слезы брызнули из глаз, лицо исказилось, и плечи затряслись от рваного дыхания.
– Ты че?.. – донесся до меня обалдевший голос Олега.
Стыдливо вытирая мокрые щеки, я сделала несколько робких шагов к нему.
– Прости меня!.. Ради бога, прости! – Я закрыла лицо руками и, мечась из стороны в сторону, проныла: – Это я виновата… Все из-за меня, Олег!..
– Этого мне, блядь, не хватало…
