Пока Дастин разглагольствует, ловлю полный отчаянья взгляд мамы. Она бледнее, чем полотно, и вокруг глаз проступили темные круги. Что с ней? И тут я вдруг понимаю – отец все еще жив только благодаря их связи. Эффект Элейны – вот что позволяет Деборе удерживать его по эту сторону черты! Но долго ли она сможет поддерживать его и свою жизнь, при условии, что ее силы безбожно тянет герит?
Наконечников этих спиц хватит, чтобы сбацать Дастину новехонькое ожерелье с браслетом и сережки. Нельзя допустить, чтобы этот астральный тарантул стал всемогущим за счет нашей семьи.
– Значит, я была права. Вы с отцом решили уничтожить Итерру?
– Ну зачем же уничтожать целую планету? Достаточно очистить ее от жителей. Колонизировать пустой мир намного легче, чем густонаселенный.
– Как вы объясните это Содружеству, что скажете совету Пяти?
– Адолфо Кастильеро не повезло, его псионики не сумели остановить прорыв таких масштабов, и к счастью рядом оказался лидер содружества, – пожимает плечами Дастин. – К сожалению, было поздно. Мощнейший во всей истории прорыв, погубил Итерру. И только силами Соларов удалось очистить планету от тварей. Мы выступим как спасители.
– Вам не поверят!
– Это будет не важно. Когда Адолфо не станет, Совету Пяти станет не до того. Они будут делить ваши владения так, что пух и перья будут лететь. Так и быть, мы скромно ограничимся системой Зимурон. Нам большего не надо.
– Кантра? Вам нужен хакс.
– И он в том числе. Я попрошу отца сделать меня наместником Зимурона. Пожалуй, поселюсь прямо здесь, в вашем доме. Где твоя комната, Ари? Там достаточно большая кровать?
– Мразь! Кусок гнилой прямой кишки! Утырок! – от гнева мне сложно подбирать слова, а хочется уязвить его посильней: – Никчемыш!
– Я говорил, что вымою тебе рот с мылом? – Дастин протягивает руку, и паутина перемещает меня к нему, удерживая над полом.
Рассасываться она и не собирается…
– Вымойся сам, от тебя несет дерьмом! – кривлюсь я, когда его губы проходятся по моей шее.
Дастин швыряет меня на пол. Едва успеваю сгруппироваться, чтобы не ушибиться затылком, но дух из меня все равно вышибает. Поджав передние лапы, паук склоняется надо мной ниже, но я успеваю увидеть, как из его брюха снова выдвигается угрожающая штуковина.
– Рейн тебя уничтожит!
– У тебя неверные сведенья, детка. Твоего ненаглядного Рейна больше нет.
Всего одно мгновение я переживаю панику. Неужели с мужем что-то случилось за те несколько часов, пока я добиралась сюда? Может, Рейн отправился в погоню, и его поймали? Нет, глупости…
– С чего ты это взял?
– С того, что я убил его! Заманил в ловушку. Звезда Смерти мертва, прости за каламбур, – веселится паук.
– А что, если ты ошибаешься, и Рейн тебя обманул? Упс! Оказывается, ты не в безопасности.
Вместо ответа ствол игломета прижимается к моему горлу, скользит ниже в декольте, царапая кожу. Оттягивает глубокий вырез красного платья и замирает в районе солнечного сплетения. Дастин едва ли не облизывается, разглядывая меня. Его серые патлы свисают клочьями серой паутины, щекочут мне кожу, вызывая отвращение.
– А ты попробуй найти его нить? – вкрадчиво предлагает Дастин.
Передо мной появляется пси-карта. Только вот младшенький Солар не в курсе, что мы с мужем вчера подтвердили контракт, и я теперь знаю, как выглядит нить Звезды Смерти – это нить защитника. Протектора. Инстинктивно тянусь к ней всем существом, и нить мужа тут же проявляется, подмигивая мне приветливым зеленым светом, но Дастин этого не видит.
Не чувствует он и импульс, возникший от Эффекта Элейны, пробежавший по нашим нитям. Не ощущает возникшего резонанса, а мое удивление принимает за страх, за неверие, да за что угодно. Зато замечает реакцию герита. Точнее ее отсутствие.
– Почему он не светится? – он поднимает на меня полные детского разочарования глаза. – Почем, Арелия?
– Потому что ты опоздал, придурок!
Моя кожа вдруг вспыхивает и поглощает паутину Дастина. Не знаю, что передал мне Рейн, но эта штуковина безотказно работает.
– Я все равно тебя вые…у! С эффектами или нет. А потом разорву на кусочки! – рычит паук.
– Рискни! – раздается позади него голос Рейна.
Голыми руками муж хватает паука за задние ноги, отрывает от пола, оттаскивая от меня. Я вижу как бугрятся от напряжения мышцы на его руках и обнаженном торсе. Мощным ударом ноги Рейн ломает мерзкий отросток. Дастин орет и сучит паучьими ногами, оставляя глубокие царапины на полу. Задевает подлокотник дивана, на котором сидит мама, и оставляет рваную полосу.
– Рейн! – я вскакиваю на ноги, боясь, что что и мне тоже достанется. Но Рейн продолжает тащить его в сторону.
– Ари, амулет!
Мгновенно сообразив, что от меня требуется, бесстрашно подныриваю под паучьи лапы, и сорвав амулет с шеи Дастина, мгновенно ухожу прыжком Аннунейры на безопасное расстояние.
Герит сковывает кисть холодом, и я вскрикиваю от неожиданности, но не выпускаю его из руг. В тот же миг что-то происходит. Снова свет и тепло по коже, и амулет рассыпается порошком, пачкая мои пальцы и высвобождая накопленную пси-энергию.
– Неееееет! Нет! Нет! Нет! – визжит Дастин.
